Автор
Девушка оказывается в классе с Мистером Популярностью, и они становятся запретными объектами желания. Между ними возникает сильное притяжение, которое вызывает внутренний конфликт и отторжение. Невозможность быть вместе порождает напряжение и борьбу за чувства.
Валёк почти не разговаривал, больше разглядывая Наташку или официанток, а мне, в принципе, было сложно поддерживать диалог – я чувствовала себя лишней. Зато подруга трещала без умолку. Собственно, она и спасала ситуацию в одиночку.
Когда под конец мы начали расплачиваться, и я вытащила свои несчастные двести рублей, мысленно поблагодарив мать за щедрый подарок, Краснова запротестовала. Я видела, как напрягся Валёк и как старательно пытался не подать виду, что ему не особо хочется выступать в роли спонсора вечера. Но в итоге он сдался под натиском Наташки, однако посмотрел на меня таким взглядом, словно накормил голодающего в Африке, и за это ему требовалась премия года.
Уже позже, когда они проводили меня до двора, а сами удалились под грибок на детскую площадку, я почувствовала, как под ребрами кольнуло. Это походило на тревогу, предвестник беды. Но я отмахнулась от плохих мыслей, старательно запихивая их куда подальше.
Засыпала я с тяжестью на сердце, все не могла выбросить из головы нового ухажера Наташки, думала даже написать ей, поделиться тревожным чувством. Но когда зашла в телегу, подруги не оказалось в сети. Я набирала сообщение, затем стирала, все казалось, мои предрассудки звучат странно. Возможно, дело просто во мне, а не в этом Вальке.
В итоге я старательно задвинула свои переживания на заднюю полку.
А утром меня подловила мать. Я натягивала куртку в коридоре, пытаясь застегнуть замок, что вечно заедал. Она неожиданно выросла в проходе, облокотившись спиной о стенку. На лицо ее скользнула виноватая улыбка.
– Что такое? – спросила, выпрямляясь.
– Да ничего, просто хотела узнать, как дела, как в кино сходили с Наташей.
– Нормально, – сухо ответила я, разглядывая маму с неподдельным удивлением: такие вопросы в нашей семье редкость.
– Она немного ветреная девочка, не стоит брать с нее пример, – выдала мать, поджав тонкие бледные губы. Образ монашек у нас, видимо, в крови, или же папа настолько постарался. Женщина, которая сейчас стояла напротив, выглядела не просто серым пятном в квартире, она была практически невидимкой. Сальные волосы завязанные в небрежный пучок, впалые глаза без толики косметики, даже этот халат до пят ее ужасно старил. А ведь когда-то мама была красавицей, на нее заглядывались прохожие мужчины. Только было это очень давно – в прошлой жизни.
– Это ее право, ты или кто-то еще не можете осуждать Нату за выбор, – ответила, поднимая рюкзак с пола.
– Я и не осуждаю, просто переживаю за тебя.
