Автор
Девушка оказывается в классе с Мистером Популярностью, и они становятся запретными объектами желания. Между ними возникает сильное притяжение, которое вызывает внутренний конфликт и отторжение. Невозможность быть вместе порождает напряжение и борьбу за чувства.
Слепые они что ли, с башкой окончательно в разладе? Это их показательное приглашение выглядело неуважительно по отношению к Марго, словно ребята пытались указать ей на место.
– Да ладно, иди к нам. У нас тут пицца на всех, – шоу продолжалось.
– Я на диете, – улыбочка, очередной намек, который никто не понял или же делал вид, что не понимал. Раздражение нарастало с каждой гребаной секундой.
– Для диетчиков у нас есть компот, – крикнула блонда, которую я знать не знал. Нет, может, и знал, да только сейчас ни ее внешность, ни имя не имели никакого значения для меня.
И я уже хотел послать отборным матом дружный коллектив, как Марго вдруг поднялась из-за стола. Ее тонкие худенькие пальчики сжали основание красного подноса, на котором стояла тарелка с гречкой. В одну минуту Романова выскользнула из-за нашего стола, направляясь к окошку с грязной посудой. Не доела. Молча убегала. Ее зацепило их поведение. Вероятно, обидело.
Я сглотнул, смотря ей вслед. В груди кольнуло, руки сжались в кулаки.
Мне хотелось врезать по роже каждому, кто сидел за тем столом, но вместо этого я лишь последовал за Ритой, подобно верному стражу.
– Шест! – окликнул мужской голос. – Ты куда? Наш стол здесь.
В столовой воцарилось молчание.
– Включи мозги, хотел бы сесть к вам, сел бы. А я сидел с девушкой, – прорычал, голос мой звучал необычно громко, в нем мелькали не присущие нотки агрессии.
– Без «но»! – с угнетающей враждебностью ответил я. И надо ж было – именно в этот момент на пороге столовой выросла Смирнова.
Девчонка посмотрела на меня затравленным взглядом, губы ее дрогнули, да и вся она, кажется, дрожала. За спиной Аленки появился Аким. Он наклонился, что-то шепнул ей на ухо, но она никак не отреагировала.
Ситуация начинала напрягать, мы были слишком ярким пятном на сером покрывале этого дня. Народ перешептывался, будто увидел невероятную новость в газете. И хотя я привык быть в центре внимания, но сейчас это знатно бесило. Да и Смирнова, которая подобно фарфоровой кукле замерла в проеме, напрягала. Неудобно вышло: наверняка наш разрыв обсуждали в мое отсутствие, наверняка Алену ранили эти бесконечные разговоры. Люди любят потрепать языком, им только дай повод. Пора заканчивать этот концерт по заявкам.
Не найдя лучшего решения, я обошел ребят, скрываясь в шумном коридоре.
Забежав в кабинет, я буквально сразу наткнулся на Романову, она сидела, подперев ладошкой подбородок: читала книгу.
