В мире после ядерной войны выживание требует от людей оставаться людьми. Александр Конторович пытается найти свое место среди искалеченных полулюдей, сталкиваясь с суровой реальностью пепельного мира. Перед ним стоит вопрос о том, как сохранить человечность в условиях полного разрушения цивилизации.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Пепельное небо»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В мире после ядерной войны выживание требует от людей оставаться людьми. Александр Конторович пытается найти свое место среди искалеченных полулюдей, сталкиваясь с суровой реальностью пепельного мира. Перед ним стоит вопрос о том, как сохранить человечность в условиях полного разрушения цивилизации.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В мире после ядерной войны выживание требует от людей оставаться людьми. Александр Конторович пытается найти свое место среди искалеченных полулюдей, сталкиваясь с суровой реальностью пепельного мира. Перед ним стоит вопрос о том, как сохранить человечность в условиях полного разрушения цивилизации.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А вот вам-то теперь каково будет? С таким букетом… никакое УДО теперь точно не грозит. Придется сидеть…
— А что, есть варианты?
— У вас? — удивленно поднимает брови следователь. — Сомневаюсь…
— Рыжов! — окликает меня «кум». — Заснул?
— Извините, гражданин начальник… задумался.
— Раньше думать надо было, — назидательно произносит он. — Тогда бы и сюда не попал. Ладно, иди.
Так и началась моя жизнь в этой колонии. Легкой она, ясен пень, не была. После первого, сделанного «кумом» предложения, он внезапно потерял ко мне всякий интерес. На разводах не замечал и с расспросами не лез. Уж кто там ему на ухо шепнул, бог весть, но он это понял, судя по поведению, правильно.
А вот глядя на происходящее в лагере, я и сам стал подумывать о том, что неплохо было бы потолковать с ним по душам. Уж очень не нравилось мне все то, что творилось на воле. Конечно, сидя здесь, я многого не знал. Но голова-то на плечах есть! А анализировать даже такую, поступающую по крошкам, информацию я умел. И ничего хорошего в ближайшее время не ожидал. Если предчувствия меня не обманывали, то в воздухе очень нехорошо пахло. Причем не порохом, а кое-чем существенно похуже…
Так что, когда подохло радио, мои чувства прямо-таки взвыли от напряжения.
Однако искать встречи с «кумом» не пришлось. Он и сам меня поймал.
В тот день нас припахали на переноску мебели. По слухам, ожидалось уплотнение зоны, часть заключенных уже куда-то вывезли. Теперь в срочном порядке освобождали кабинеты. Туда, опять-таки по слухам, должны были вскоре заехать новые сотрудники. Вот и перетаскивали наши начальники мебель в другие помещения.
Тащим по коридору шкаф и прямиком натыкаемся на «кума». Он как раз выходил из кабинета.
— А… Рыжов, — кивает он, — вот и славно. Ты же у нас по металлу работать можешь?
— Могу, гражданин начальник.
— Бросай на фиг эту деревяшку, другие дотащат. У меня замок в столе забарахлил, займись.
— Чего там тебе нужно? Отвертку, молоток да плоскогубцы? У меня в кабинете автомобильный набор лежит, там все есть.
Заходим в кабинет. Дверь он не закрывает, и все проходящие по коридору могут видеть меня, присевшего на корточки перед столом.
Замок оказался вполне исправным, и хорошо работал. Не успеваю я раскрыть рот, как «кум» меня опережает.
— Сиди тихо, Рыжов. Слушай сюда. То, что ты неспроста тут сидишь, я знаю. Как и то, что о твоем поведении и контактах положено сообщать ежемесячно. Причем, заметь, в два разных адреса! Один — насквозь официальный, ну, да ты и сам, небось, его знаешь. А вот второй… тут вроде бы неофициально попросили, человек-то на службе уже и не состоит. Да вот отказывать ему… как-то неправильно было бы. Там сказали, в случае чего намекнуть тебе, что привет Степаныч передает, ты поймешь. Так?
— Да. Есть такой человек.
