Легкий поворот судьбы превратил младшего лейтенanta Ивашова из удачливого следователя в искалеченного перебежчика, когда он случайно выдает себя за шпиона. Теперь он не просто живет под колючей каймой реальности — теперь его жизнь целиком зависит от того, сможет ли он уцелеть и вернуться домой, оставаясь незамеченным....
Майор Стрельцов не считал нужным сообщать Ивашову цель поездки, а Егор знал свое место, не смел спрашивать."
"Штаб сто шестьдесят седьмой дивизии находился в Киянице. Когда-то это был неприметный хуторок, расположенный в двадцати верстах от города Сумы. Потом из него понемногу вырос небольшой поселок. Он стоял на речке Олешне и славился сахарным заводом с машинами и иноземным оборудованием, что не в каждом уездном городе встретишь.
После смерти сахарозаводчика Харитоненко имение Кияница досталось его племяннице Марии, бывшей замужем за сумским купцом Лещинским.
С последнего приезда Ивашова в Киянице произошли разительные перемены. Дворец Лещинских — а именно в нем расположился штаб дивизии — и площадь перед ним теперь блистали чистотой. Даже с тыльной части дворца, где находился пруд, заросший камышами, вся территория вплоть до водной глади была выметена и очищена от мусора. Ни окурка не видать, ни пожухлого листа не встретить.
На многих красноармейцах было новенькое обмундирование.
Он и начался. Вернее, не марш, а построение. Площадь перед дворцом едва вместила офицеров и солдат, свободных от несения боевого дежурства. Рядом со штабными офицерами дивизии встали и майор Стрельцов с младшим лейтенантом Ивашовым.
Грянул дивизионный оркестр, и из парадного входа дворца Лещинских торжественно вышли четыре генерала.
Впереди шел тучноватый мужчина сорока с небольшим лет в погонах генерал-полковника. Его Ивашов узнал сразу. Это был командующий Воронежским фронтом Николай Федорович Ватутин.
Рядом с ним, чуть поотстав, ступал член Военного Совета фронта генерал-лейтенант Никита Сергеевич Хрущев. Он был немного постарше Ватутина и заметно ниже ростом.
