Легкий поворот судьбы превратил младшего лейтенanta Ивашова из удачливого следователя в искалеченного перебежчика, когда он случайно выдает себя за шпиона. Теперь он не просто живет под колючей каймой реальности — теперь его жизнь целиком зависит от того, сможет ли он уцелеть и вернуться домой, оставаясь незамеченным....
— Но вы хоть как-то проверяли этих людей? — осведомился младший лейтенант Ивашов.
В голову ему пришла мысль о том, что именно среди этих мобилизованных людей и находился враг, который впоследствии и стал виновником уничтожения отряда.
— Этим занимался комиссар отряда товарищ Хорев.
У младшего лейтенанта складывалось двойственное впечатление о Стефании Слободяник. С одной стороны, ему было заметно, что эта женщина не очень-то блещет умом. В дела отряда она была не особо посвящена, исполняла в нем преимущественно хозяйственные функции.
С другой стороны, при разгроме партизанского отряда Слободяник могла попасть в плен, уже там была завербована, дала согласие стать немецким агентом. Она попалась лишь благодаря толковым полковым разведчикам, когда собирала сведения о наших укреплениях, возводимых в районе села Терешковка.
Надлежало обстоятельно проверить все то, что она сказала.
Егор Ивашов приказал накормить женщину и потом посадить под замок до поры до времени.
После этого он прошагал к начальнику штаба и попросил разрешения сделать срочный телефонный звонок. Майор Степанов против ничего не имел и тактично вышел из кабинета покурить.
Младший лейтенант связался с отделом контрразведки СМЕРШ дивизии, назвался, попросил к телефону майора Стрельцова и тут же получил ответ:
— Это опять ты?
— Я, товарищ майор, — вынужден был признать Егор слегка виноватым тоном.
— Что на этот раз?
Ивашов вкратце обрисовал непосредственному начальнику ситуацию со Стефанией Слободяник.
Теперь Егор Ивашов стал ждать уже двух известий. Из отдела контрразведки СМЕРШ армии должно было прийти разрешение на вербовку ефрейтора-перебежчика Ральфа Херманна или же запрещение такового. Из УШПД — ответ на запрос майора Стрельцова о личности Стефании Слободяник.
Наблюдение за домом Балошей пока ничего не давало.
Когда немцы оккупировали советские территории, они тут же энергично принялись менять нашу железнодорожную колею на европейскую, которая была почти на девять сантиметров уже.
