Леса просыпается от дверного звона и тихого голоса: "Пора". Она медленно садится на постели, уютно прикрывшись теплыми пледами. Атмосфера в комнате неприветливая и холодная, словно отражение сердитой погоды за окном.
В конце концов, кто он и кто я?
В голосе Левы прозвучало снисходительное презрение. Он в самом деле не мог ненавидеть Борисыча. Он всего лишь презирал его. И снисходительно посмеивался над самим собой, что не сумел разгадать этого человека раньше. Но и только! Не о какой ярости, ненависти или тому подобных чувствах речи не шло. И не стал бы Лева так мелко и подло мстить и пакостить бросившему его любовнику. Ни за что! Это был не его стиль. Легкое презрение – это да. Но потоп, погром и огромный злой пес – это нет.
И вообще Лева был слишком снисходителен к самому себе и к недостаткам других людей, чтобы воспылать столь сильным чувством – ненавистью.
– Бесполезно даже спрашивать у этого сибарита, не он ли вредил Борисычу! – шепотом произнесла Кира, когда Лева ненадолго вышел из гостиной, чтобы сварить гостьям кофе.
– Да. Это не он. Такой человек если бы и стал мстить, то сделал бы это как-то изящно и жестоко. И уж точно наказывал бы не за глупость, а скорее – за страшные пороки.
Лева не испытывал к Борисычу никаких отрицательных чувств. Легкое недоумение и досада – вот все, что удалось вытянуть из него подругам.
Вернувшись с подносом, на котором стояли три миниатюрные чашечки с черным кофе, Лева продолжил прерванную беседу.
– Мы общались с Борисом недостаточно долго, чтобы он стал мне по-настоящему близким человеком. Хотя одно время… Ну да что теперь об этом. Прошлое не вернешь. Могу я спросить, по какой причине вы расспрашиваете меня о Борисе?
– На него покушаются, – охотно объяснила Кира.
– В самом деле? Кажется, он владел салоном красоты?
– Да.
– На пару со своим близким другом, – тут же задумчиво добавил Лева.
Подруги ахнули:
– Близким другом?!
– Да ну?!
– Что вы хотите этим сказать? Гошик – тоже владелец салона?
Лева, прихлебывая из крохотной чашечки совсем уж крохотные глоточки черного напитка, лишь снисходительно кивнул в ответ:
– Насколько я знаю, да.
Это стало настоящим открытием для подруг. Выходит, все эти гадости и пакости могли быть адресованы вовсе и не Борисычу, а его капризуле Гошику. Еще не легче! Теперь получалось, что подругам нужно выявлять все контакты Гошика. А при его стервозном нраве это могло стать нелегкой задачей. Подобное, как известно, притягивает подобное. И как раз друзья и любовники Гошика, а он их тоже имел в достатке, могли сотворить подобные пакости.
