Общее мнение склонялось к тому, что без серьезного и немедленного сокращения расходов это просто невозможно.
В какой-то момент Эрик Хэмфри, расхаживая по ковру в центре кабинета, задал риторический вопрос:
— Почему, когда из-за инфляции растет цена на хлеб, на мясо или на билет в кино, никто не удивляется и все соглашаются с этим? А когда мы честно говорим, что не можем продавать электроэнергию по старым тарифам, ибо наши издержки тоже возросли, никто нам не верит?
Оскар О'Брайен, юрисконсульт компании, ответил, закурив одну из своих неизменных сигар:
— Они не верят нам, потому что на нас их натравливают политики, старающиеся подлизаться к избирателям. Коммунальное хозяйство всегда было удобной мишенью для нападок.
— Политики! Они не переваривают меня! Они придумали инфляцию, создали ее, вырастили и поддерживают с помощью федерального долга — ведь только так они могут покупать голоса, чтобы удержаться на своих местах. И теперь они винят в инфляции кого угодно, кроме себя, и в особенности бизнесменов. Если бы не политики, мы бы не просили увеличить тариф, нам это попросту не было бы нужно.
Шарлетт Андерхил, исполнительный вице-президент по финансам и четвертый человек в офисе президента, пробормотала «аминь». Миссис Андерхил, высокая брюнетка за сорок лет, обычно уравновешенная, сегодня выглядела возбужденной. Ним ее возбуждению не находил объяснений. Какие бы решения по финансам ни были приняты в результате отказа ККХ, они будут жесткими и Шарлетт Андерхил придется их выполнять.
Эрик Хэмфри, прекративший расхаживать по ковру, спросил:
— Есть ли у кого-нибудь предположение, почему все, чего мы добивались, отклонено? Может, не правильной была наша стратегия? Или допустили ошибку, составляя наше досье?
— Не думаю, что наша стратегия была неверной, — сказал О'Брайен. — Мы совершенно правильно составили досье и действовали согласно ему.
В вопросе и ответе речь шла о хорошо охраняемом секрете всех компаний коммунального хозяйства.
Каждый раз, когда назначался специальный уполномоченный по коммунальному хозяйству, компании, которых касались его решения, втайне начинали тщательное наблюдение за ним. Выискивались факты, которые можно было бы впоследствии использовать против него, слабости в характере или складе ума, которые компании могли бы обернуть себе на пользу.
Обычно компания поручала кому-нибудь из своих служащих сблизиться с уполномоченным. Все происходило как по сценарию: приглашение домой, предложение сыграть в гольф или посмотреть спортивное соревнование с престижных мест, на которые трудно достать билеты, поездка на рыбалку в укромное горное местечко. Развлечения всегда были приятными и неутомительными и не требовали много денег.