Автор
В Перехватчике мир спецслужб рушится под ногами: бывший референт премьера и новый президент Центра нетрадиционных технологий в Академии наук — две фигуры, которые пытаются утвердить свои позиции. Но не все так просто, когда исчезают ключевые игроки, как Горшков и Максимович. В этом мире нет места для случайностей и простых решений....
"
"– Контроль вооружений в стране находится на самом низком уровне, – сказал Мурашов. – Начинается расползание оружия «пси» по странам СНГ – генераторов боли и суггесторов. Мало того, из стадии разработок выходит новое поколение излучателей с использованием тонких полевых эффектов, так называемых «дыроколов», зашифрованных под аббревиатурой НК – «невидимое копье». Массовое применение этого оружия приведет к тому, что создававшаяся тысячи лет властная структура типа «муравейник» распадется, к власти придут, скорее всего, преступные кланы с организацией Хиронома.
– Вероятность прогноза вами просчитана?
– Ноль семьдесят девять.
– У меня число получилось меньше, но достаточное для того, чтобы обратить на него внимание. Предложение принято.
– У меня имеются достоверные сведения о пренебрежении некоторыми Посвященными Закона мауна, – вставил отец Мефодий. – Об этом стоит уведомить Внутренний Круг, пусть выносит их поведение на Суд Великого Покоя.
– Кем конкретно?
– Это – Иван Парамонов, Вахид Самандар, Ульяна Митина.
– Ваше мнение, Посвященные?
– Зачем выносить сор из избы? – проговорил профессор Блохинцев. – Наказать их можем и мы сами. Суд ВК вряд ли покарает их адекватно преступлению.
– Вы предлагаете суд Линча? Эгрегор Хранителей, к которому они принадлежат, будет против.
– И ничего страшного, уровень этого эгрегора – культурно-групповой, даже не государственный, в его функции входит всего лишь качественное сохранение остатков наследия культур, а не регуляция модели реальности. Масштабы наших эгрегоров позволят нам…
– Возражаю.
– Обратиться в суд ВК.
– Принимаем?
Ответом председателю собрания Девяти были опущенные в согласии головы присутствующих, кроме профессора Блохинцева, имеющего свое мнение. Бабуу-Сэнгэ взглянул на него, потом на державшегося, как всегда, незаметно Рыкова.
– Вы хотели внести еще одно предложение, Герман?
– Этот вопрос касается стабилизации социума, – тихо проговорил комиссар-два «Чистилища». – Вынужден подчеркнуть его масштаб.
– «ККК» в принципе означает переход запрещенной реальности на жесткий вариант Закона возмездия, или Закона обратного действия. Но этот переход натолкнулся на неожиданно сильное сопротивление пси-структур социума, чего я понять не могу, так как на прошлом заседании Девяти мы проголосовали за усиление Закона. Только ли вмешательством Монарха объясняется это положение?
Бабуу-Сэнгэ некоторое время озадаченно рассматривал свои скрещенные ноги.
