Неужели Ивакин или Дикой оставили где-то сведения обо мне?
– Он самый. А вы, если не ошибаюсь, из «Смерша»?
Гости переглянулись. Второй, поплотнее и помоложе, с каштановыми волосами, нахмурился.
– Может быть, впустите? Надо поговорить.
– Говорите здесь, что вам нужно, и проваливайте.
– А вы не слишком-то гостеприимны, Соболев, – укоризненно проговорил высокий. – Что ж, буду краток. Я, как вы правильно догадались, полковник Холин из военной контрразведки, а это майор Меркулов. Вы же, насколько нам известно, бывший сотрудник ВКР, мастер перехвата, ганфайтер, как называют таких сотрудников.
Лицо Матвея осталось неподвижным.
– Короче, полковник.
– Ты что о себе… – не выдержал второй гость, но Холин жестом остановил его.
– Мы пришли к вам с предложением начальства вернуться в «Смерш». Обстановка такова, что остро ощущается нехватка квалифицированных кадров. – Полковник достал плотный толстый конверт без каких-либо надписей и знаков, протянул Матвею. – Это сводка по Управлению, можете ознакомиться. Там же телефон, по которому вы должны позвонить в случае принятия решения.
Матвей покачал головой, не собираясь брать конверт.
– Дела ВКР меня больше не касаются. Я уволился… по собственному желанию. Так и передайте своему начальству.
– Да что ты о себе возомнил! – снова взвился спутник Холина, хрустнув пальцами. – Тебе предлагают по-хорошему…
– А что, могли бы и по-плохому?
– Александр, остынь, – сказал Холин, с любопытством оглядывая стоявшего в непринужденной позе Матвея. – Он не из тех, на кого можно давить…
– Да я…
– Остынь, я сказал. Извините, Соболев, мы несколько взвинчены последними событиями… убийством генерала Голышева… в общем, есть проблемы."
"– Это ваши проблемы. Всего хорошего.
Матвей вошел в квартиру и закрыл за собой дверь. Двое потоптались на лестничной площадке – Матвей видел их сквозь дверь зыбкими стеклянными силуэтами – и начали спускаться вниз. Через несколько минут они вышли из дома, подъехала бежевая «семерка» и увезла их.
– Что им было нужно? – тихо спросила Кристина, выезжая из гостиной.
– Предложили работу, – спокойно ответил Матвей, беря ее за холодные руки.
– Не волнуйся, все будет хорошо.
– Ты согласился?
– Нет. – Матвей подхватил Кристину из коляски, с болью ощутил, как похудели ее бывшие когда-то сильными и красивыми ноги, понес на кухню, где хлопотала Бася Яновна. – Вот и мы. Стас, ты идешь?
– Не хочу, я занят, – донесся голос мальчишки.
До вечера Матвей оставался в доме Сумароковых, как мог успокоил Кристину, позанимался со Стасом, поболтал с Басей Яновной, а потом с Кристининой мамой, но так и не решил, что делать. Хотя понимал, что Василий прав, и Сумароковых надо каким-то образом вывезти из города. Но куда – он не знал.