По сути, в Метеоре собралось тайное, но отнюдь не мифическое, а самое реальное правительство Земли, способное в течение очень короткого срока сменить любое формальное правительство любой страны, которое мнило себя единственно претендующим на власть, убрать любого политика, переместить любого чиновника в самых мощных эшелонах власти.
– Начнем, господа, – звучным голосом произнес Хуан Франко Креспо на метаязыке. – Но сначала, как обычно, послушаем нашего Покровителя.
Во дворе монастыря раздались странно звучащие фразы странного языка, содержащие Силу и Энергию Вселенной, не имеющие аналогов ни в одной языковой, семантической, звуковой или музыкальной шкале. Эти особые звуки были по легенде фрагментами речи первого Вселенского Будды – Махавайрочаны, завещавшего следовать его Путем всем остальным буддам. На самом же деле это был коан гипервнушения, кодирующий сознание Посвященных, превращавших их в своеобразных зомби, подчинявшихся единой программе, которую разрабатывал и претворял в жизнь Верховный координатор контроля. Этот коан был создан еще во времена Перволюдей, уже тогда замышлявших построить пирамиду Абсолютной Власти. Он передавался из поколения в поколение «серыми кардиналами» структуры, контролирующей реальность Земли. Хуан Франко Креспо принял его около ста лет назад. Только он один знал, что такое «речь Первобудды» и для чего ее слушают кардиналы рангом пониже, правящие государствами на всех материках Земли. Впрочем, некоторые из них догадывались о смысле «речи», слышимой человеческим ухом, но не воспроизводимой человеческим языком. Среди этих догадливых был и Бабуу-Сэнгэ, один из самых опытных и знающих Посвященных, готовый стать соискателем трона, главным преемником Верховного координатора.
При первых же звуках «речи Первобудды» он машинально взялся за «нагрудник справедливости», защищавший его в числе других опасностей от гипнотического внушения, и встретил пылающий взгляд Хуана Креспо с невозмутимым смирением.
Необыкновенные журчаще-вибрирующие, стонущие, прерываемые мерными ударами металла о металл звуки стихли. Но сто сорок семь Неизвестных стояли еще некоторое время, полузакрыв глаза, словно пребывая в трансе, пока Верховный координатор не развеял чары, сказав:
– Продолжим нашу встречу, господа.
– Один вопрос, господин председатель, – подал голос немолодой по годам, но совсем зеленый по опыту работы координатор Союза Пяти Украины, созданного совсем недавно, в тысяча девятьсот девяносто первом году.