Вот почему древние строили храмы с куполами и шпилями, мечети, часовни, церкви, пирамидальные и готические залы – для прямого воздействия на верующих, на психику людей. Так вот, на Земле и вне модулей иной реальности, оставленных Инсектами, существует по крайней мере три храма, образующих точки бифуркации.
– Простите, Хранитель, я не физик по образованию…
Матфей кивнул, не выражая своего превосходства или неодобрения ни единым жестом.
– В точках бифуркации все уровни реальности проявляются одновременно виртуальным образом. Они как бы «вморожены» в ткань Вселенной, в тело Земли, в недра других планет и звезд. Подчиняются они лишь полю сознания, торсионному полю, организованному определенным образом – в форме иглы.
– «Игла Парабрахмы», – медленно проговорил Матвей.
Хранитель улыбнулся, встал.
– Прощайте, Соболев. Мир висит над обрывом, решите для себя, где вы находитесь – над обрывом или под ним. Удач вам…
И Матфея не стало. Лишь над скамьей остался медленно тускнеющий отпечаток его мысленной сферы.
Матвей закрыл глаза, сосредоточиваясь на пространственном поиске, но ни в астрале, ни в ментоле не нашел отклика на свой зов. Хранитель ушел, искать его было бесполезно. И Матвей почувствовал вдруг такое безмерное одиночество и отчаяние, какое не испытывал даже после похорон деда.
Посидев еще с минуту, он проследил за муравьем, который наконец обошел преграду – ногу сидящего, встал и тихо направился через парк в сторону набережной Москвы-реки. Получив гораздо больше, чем надеялся, но потеряв поддержку того, на кого рассчитывал.
ФИЛОСОФСКИЕ БЕСЕДЫ НАКАНУНЕ МОРДОБОЯ
Никогда еще Василий не чувствовал себя так хорошо, как во время похода по рекам и озерам Мещеры.
Во-первых, рядом была любимая девушка, во-вторых, появилась уникальная возможность пообщаться с загадочными Посвященными, людьми Внутреннего Круга, в-третьих, можно было не думать о бытийных проблемах, наслаждаться тишиной природы и мечтать, как в юношеские годы.
В среду после часовых занятий со Стасом – мальчишка всерьез подавал большие надежды стать мастером боя уже через пару лет – Василий увлек Ивана Терентьевича на рыбалку и завел разговор о возможностях человеческого тела.
– Мне кое-что непонятно, – сказал он, когда рыбаки отплыли на лодке по протоке к небольшому озерцу в окружении сосен, осин и берез. – Каким образом люди стали четырехконечными существами? Ведь Монарх, когда экспериментировал с тараканами, оставил их шестилапыми. Да и Матвей говорил, что Перволюди, прямые потомки Блатгоптеров, были двуногими и четырехрукими."
"– Монарх запустил особую генетическую программу, – ответил Парамонов, экипированный как завзятый рыбак: джинсовый костюм, накидка, кепка, высокие – выше колен – сапоги.