Автор
В глубине времени, возле перекрестия двух веков, происходят невероятные перемены, когда обычные жизни и корыстные расчеты оказывают влияние на судьбы государств. Здесь каждый шаг имеет значение, и лишь немногим удается прочесть тайны этого скрытого мира.
Те, кто случайно мог подслушать этот разговор, не услышал бы ничего интересного. Обычная беседа о жизни, о здоровье двух знакомых людей. Но в этом ненавязчивом диалоге ни о чём Сэнсэй услышал кодовые фразы, которые означали, что необходимо встретиться, есть задание. Спустя сутки, ровно в то же время, он ждал уже другого условного звонка от человека, с кем непосредственно должен встретиться. Было предложено «прийти с другом». Ничего хорошего это не сулило. Фраза «прийти с другом» указывала на серьёзность предстоящей операции, где одного Сэнсэя со своей группой было маловато.
Когда Сэнсэй подъехал на своём «Москвиче» к назначенному месту, по привычке заблаговременно, он увидел достаточно смешную для «посвящённых» картину. На противоположной стороне трассы, возле единственной в этих краях остановки, пытаясь незаметно потеряться среди случайных прохожих и нескольких ожидающих автобуса селян, сновал туда-сюда батюшка.
Как и положено, друзья незаметно для окружающих обследовали близлежащую территорию и кафе. И, убедившись в безопасности, уселись за столиком, смакуя кофе и подтрунивая друг над другом.
— Вы, батюшка, чай, с ночи здесь околачиваетесь? — иронично произнёс Сэнсэй.
— Ну, с ночи не с ночи, а всё-таки раньше тебя прибыл, — похвастался отец Иоанн, выделяя, как обычно, своё любимое «о» в словах.
И, как в давние времена, добавил:
— У меня, считай, фора.
— Ага, размечтался, «фора»! Прибыть ты прибыл. Да приближение «объекта» не заметил. Значит 1: 1. Да ещё своей чёрной рясой всех ворон в округе распугал.
— Ряса не в счёт, — улыбаясь, запротестовал Вано. — Это издержки производства.
Они тихо засмеялись.
— Я смотрю, ты в церковных званиях растёшь, — уже серьёзней произнёс Сэнсэй.
— Да, семинарию вот закончил, даже с отличием.
— Молодцом.
