Я думаю, как только обстановка позволит внешние контакты, я приглашу к Августе специалиста-логопеда и детского психолога. Пора попытаться снять печать молчания, которая сковывает ее детские уста.
Макар кивнул. Он смотрел, как Клавдий Мамонтов пьет бренди. А Сашенька тянется ручкой к хрустальному бокалу.
– Воспитаешь мне еще одного алкоголика, Клава.
Клавдий Мамонтов отставил подальше бокал с недопитым бренди. Наклонился и поцеловал ребенка в головку – в темечко, прикрытое кружевным винтажным английским чепчиком.
– Полковник, отчего вы совсем ничего не едите? – спросила Вера Павловна. – Пить на голодный желудок вредно.
– Я бы чаю выпил крепкого. А насчет еды… аппетит у меня мой прежний как-то… улетучился, – признался ей умиротворенный бренди полковник Гущин. – Вы разве не знаете, что толстые… а я такой боров был раньше… они от ковида намного чаще умирают, чем худые. Постоянно в интернете об этом пишут.
Клавдий Мамонтов проснулся, как обычно, рано. После душа пошел в столовую, где Маша всегда накрывала им завтрак – не на кухне, как поздно ночью. К его удивлению полковник Гущин все еще пребывал в махровом халате, словно и не ложился спать. Сидел за столом задумчивый и небритый. Пил черный кофе.
– Иди, спи дальше, Клавдий, – сказал он. – И нашего многодетного отца не вздумай будить. Нам пока в Балашихе делать нечего. Исследование ДНК еще не готово. Так что отдыхай.
Мамонтов решил проверить, как Макар и ребенок, заглянул в спальню приятеля. Макар лежал на кровати на спине – полуголый. На его выпуклой накачанной груди сладко спал Сашенька.
– Пора? – спросил Макар, еле открывая глаза. – Все, встаю… one moment.
– Спи, я тебя разбужу, когда надо будет. – Клавдий глядел на отца с малышом. – Наш опоздать на службу вознамерился. Никогда за ним раньше такого не водилось. Памперсы Сашхену менял или Маше сказать?
– Два раза за ночь, – жалобно возвестил Макар. – Все дела были сделаны. И маленькое дело и великое. Нет, давайте лучше поедем убийцу задерживать, а?
В столовой – уже целая компания. Дочки Макара встали ни свет ни заря. Они расположились за столом напротив полковника Гущина. Младшая Лидочка болтала ногами на высоком для ее роста стуле. Августа сидела прямо, как истинная леди. Но вид, как всегда, отрешенный. Явилась Вера Павловна – тоже в махровом халате, распространяя вокруг себя аромат лавандового французского мыла.
– Good morning! – приветствовала она девочек. – Доброе утро всем вам. И доброй охоты.
«Старуха-то юморная, оказывается», – подумал Клавдий, усаживаясь завтракать.
Маша внесла блюда с румяными яблочными оладьями и пышными блинчиками.
Полковник Гущин пил свой черный кофе. И медленно чистил крутое яйцо – единственное, что он позволил себе на завтрак.