Полковник Гущин уселся на стул во внутреннем дворе УВД – вольный воздух, вечернее небо над головой – приказал вывести во двор старшего брата Гусева, которого уже привезли из городской больницы с гипсом на руке, и словно невзначай провести по двору в присутствии Сперминова, что сотрудники розыска и сделали, не задавая шефу лишних вопросов. «Купчик» Сперминов опять скандалил, требовал адвоката, кричал, что они не имеют права его задерживать, что это «обычная коммерческая поставка» и все они еще сто раз пожалеют. За ним – Василием Сперминовым – стоят такие люди, что мало не покажется никому!
Старший Гусев глянул в его сторону хмуро и отвернулся.
– Витя, он тебе знаком? – спросил его Гущин по-свойски, словно и не было дикой сцены в гараже.
– В первый раз его вижу.
– Разве не он тебе звонил?
– Я же сказал – нам звонил какой-то психопат.
– Но психопат сказал, что вел с твоим покойным хозяином Арнольдом бизнес.
– Я сам себе хозяин, полковник. – Старший Гусев смотрел в землю. – Я тебе все рассказал. А теперь прошу как человека – не надо мне с братаном проводить никаких очных ставок. Вообще не надо нам сейчас видеть друг друга.
Полковник Гущин приказал его увести. Позвонил экспертам-криминалистам и попросил сделать сравнительный анализ ДНК Сперминова как можно скорее, чтобы к утру уже был готов.
У криминалистов тоже оказались новости:
– Есть результаты по ДНК останков животного, обнаруженного на рельсах недалеко от трупа Громова. ДНК собаки, точнее, это две разные особи.
– Две собаки? – спросил Гущин удивленно.
– Да, разные ДНК. Клочки шерсти – черная масть. И, судя по фрагментам костей, это не взрослые были животные, Федор Матвеевич, а щенки.
– Щенки? На рельсах?
– Под поезд в результате аварии могло одно животное попасть. А здесь два сразу. Хотя и это тоже возможно. – Эксперт-криминалист помолчал, потом сказал: – Есть еще одна странная особенность. Мы на нее не обратили внимания в первый раз. Но сейчас результаты повторных исследований пришли. Я думаю, это важно.
– Какая еще особенность? – Гущин спросил чуть ли не с раздражением.
– Видите ли, мы исследовали содержимое желудка Вероники Ляминой и сделали анализ крови. Наркотических веществ не обнаружено. В крови следы сильного снотворного. В желудке молочно-медовая смесь. Судя по всему, это было последнее, что она пила перед смертью.
– Молочный коктейль?
– Молоко, мед и еще там кровь. Причем это менструальная кровь, – сказал эксперт. – Труп сгоревшего юноши, который сейчас у нас на исследовании, анализами не порадует. Но в бутылке, которую обнаружили недалеко от тела, мы обнаружили тот же самый коктейль – молочно-медовая смесь плюс кровь.
– Менструальная кровь?!
– Да.