Бывал, значит, и здесь у нее?
– Один раз. Когда вы так вдруг слиняли из моего дома в Бронницах. Я ее искал. И нашел. Слушай, а может, она все-таки там? Пойдем глянем… Хоть мельком…
– ЕЕ сейчас там нет.
Полковник Гущин вышел на воздух, глянул на окна на четвертом этаже.
– Все, поехали. Здесь пока Гусей ищут, но это не быстро. А нас ждут другие дела. Мы к свидетельницам успеем заглянуть – к тем теткам, что тело Ляминой обнаружили и обознались. Сейчас позвоню и той, и другой.
И он начал звонить по мобильному.
У Марии Павловой номер не отвечал. Она жила в Балашихе, судя по записанному адресу. Клавдий Мамонтов вспомнил, как обе женщины говорили, что работают теперь волонтерами в мобильном госпитале в Дарьине, а это как раз на полпути между Балашихой и Кириллово-Глинищевским монастырем на Пужаловой горе. Но ехать туда по пробкам прилично.
А телефон Нины Кавалеровой ответил. Гущин назвал себя и сказал, что у них к свидетельнице появились вопросы, и они хотели бы сейчас к ней подъехать. Кавалерова ответила, что у нее сейчас выходные в госпитале, но она в магазине продуктовом – будет дома примерно через час.
Нина Борисовна жила недалеко от Курского вокзала на Садовом кольце. И они отправились туда. Макар несколько раз оборачивался назад. Мамонтов спросил его: «Что, снова чувствуешь за нами хвост?» Макар ответил: «Нет, просто хочу быть уверенным». Мамонтов лишь плечами пожал – и у напарника тоже глюки, свой маленький личный психоз. По дороге остановились у кафе, Мамонтов с Макаром сходили и купили себе и полковнику кофе и сэндвичи. Причем Гущин есть снова упрямо отказывался. На этот раз Макар уговаривал его как ребенка, клятвенно обещав, что сам проследит, как «сэндвичи в кафе обеззаразят в микроволновке».
Ели в машине на парковке.
Дом Нины Кавалеровой – старый серый сталинский – смотрел окнами на Садовое кольцо. Они отыскали подъезд, набрали код, она им открыла – уже вернулась из магазина – и они на лифте поднялись на шестой этаж. Клавдию Мамонтову дом отчего-то напомнил знаменитый Булгаковский дом на Садовой у метро «Маяковская» – тот же стиль, такой же мрачный фасад, только кота черного на лестнице не хватает.
Нина Борисовна Кавалерова встретила их на пороге, вытирая пухлые руки полотенцем. Полковник Гущин замешкался. Мамонтов видел – он делает над собой титаническое усилие, чтобы зайти в квартиру свидетельницы. Странно, что он и ее не приказал вызвать на улицу, поднялся к ней сам.