Автор
За морозную зиму Индианаполиса приходит непривычная теплая весна. На улицах наблюдается усиленная активность - людей не сдерживает прохладный ветер, и каждый стремится заняться чем-то интересным перед новым днем. В этот момент я оглядываюсь — страх заставляет сердце биться как ледяной тиск....
— Что это значит? — спросила я, опасаясь, что уже знала ответ на свой вопрос."
"— Прежде чем ты что-то скажешь, — отрывисто начал Блейн, — выслушай меня, пожалуйста. Я люблю тебя и хочу для тебя самого лучшего. Мне хотелось бы, чтобы ты была счастлива. Я понимаю, насколько ты расстроена тем, что больше не работаешь следователем...
Я бросила на него едкий взгляд, но он, игнорируя мою реакцию, продолжил:
— Поэтому я хочу, чтобы ты возобновила обучение. Получи необходимое образование для того, чтобы заниматься тем, что тебе нравится.
У меня не было ни малейшего представления, что на это сказать. Его предложение было полной противоположностью того, что предлагал мне сенатор. Блейн хотел оплатить моё образование, потому что любил меня, в то время как единственной целью сенатора было полное исключение меня из жизни своего племянника. Теперь уже я подумала, что сейчас было самое время рассказать Блейну о предложении его дяди, несмотря на то, что это испортит ему настроение.
— Блейн, мне нужно кое-что тебе сказать… — начала я, собравшись с духом, но меня прервал зазвонивший сотовый, и Блейн, взглянув на дисплей, включил громкую связь.
— Да-а? — произнёс он.
— Не хотел прерывать твоё свидание, брат, — послышался снисходительный голос Кейда, — но я нашёл информацию, которую ты искал.
— Можешь задокументировать её для меня?
— Для легального использования или в качестве рычага давления?
— В качестве давления.
— Без проблем.
— Спасибо.
— Обращайся. — После этого Кейд, усмехнувшись, добавил: — Развлекайтесь, голуби.
На этом звонок закончился, и я, нахмурившись, осторожно спросила:
— О чём он говорил?
Взглянув на меня, Блейн вздохнул:
— Давай поговорим об этом позже, хорошо? Мы уже приехали.
Посмотрев в окно, я увидела, что мы припарковались возле бара, который выглядел настолько сомнительно, что мне вряд ли пришло бы в голову в него зайти, неважно была ли я одна или в сопровождении кого-то. Моя настороженность усилилась ещё больше, когда я заметила около десятка мотоциклов, припаркованных на стоянке, но я заглушила нехорошее предчувствие и молча прошла вслед за Блейном в бар.
Разумеется, это заведение вряд ли относилось к тем местам, которое Блейн посещал часто. Здесь было достаточно чисто, но недорогой интерьер, начиная от затёртых кабинок и заканчивая старым бильярдом, стоявшим в углу бара, казался крайне потрёпанным. Оглядевшись по сторонам, Блейн повёл меня за руку к самому дальнему столу, который занимали пять мужчин.
