Автор
За морозную зиму Индианаполиса приходит непривычная теплая весна. На улицах наблюдается усиленная активность - людей не сдерживает прохладный ветер, и каждый стремится заняться чем-то интересным перед новым днем. В этот момент я оглядываюсь — страх заставляет сердце биться как ледяной тиск....
В итоге, в ожидании его возвращения, я уснула на диване в обнимку с Тигром под приглушённый звук телевизора.
Разбудил меня громкий стук в дверь, и мне понадобилось некоторое время, чтобы вспомнить, почему я находилась в гостиной, и где сейчас был Блейн.
Стук повторился снова, и я подорвалась на ноги, решив, что Блейн забыл ключи от моей квартиры. Когда я открыла дверь, мне с трудом удалось проглотить вскрик. На пороге стоял высокий мужчина в потёртых джинсах и тёмной куртке. Его погружённое в тень лицо было небритым, и его губы дрогнули в косой улыбке, пока он окидывал меня внимательным взглядом.
Пытаясь подавить подступавшую к горлу панику, я быстро включила свет, и мои глаза удивлённо расширились:
— Ченс?
ГЛАВА ШЕСТАЯ
— Привет, Солнце. Впустишь меня? — Его слова были непринуждёнными, давнее прозвище знакомым, но голос казался заметно натянутым и настороженным. Справившись с шоком, я отступила назад.
— Да-а, конечно, проходи.
Ченс оглянулся через плечо на тёмную стоянку, после чего прошёл в квартиру, и я закрыла за ним дверь.
— Какими судьбами?
Он хмыкнул:
— Знаешь, я тоже рад тебя видеть.
— От тебя не было ни слуху, ни духу с маминых похорон, — скованно возразила я, скрестив руки на груди. — Какой реакции ты ждал, неожиданно появившись на моём пороге посреди ночи?
— Мне казалось, ты будешь рада видеть двоюродного брата, — произнёс он, протянув ко мне руки. После секундных колебаний я шагнула к нему, и он крепко меня обнял, растапливая знакомым ощущением его объятий лёд в моём сердце.
Когда Ченс отпустил меня и снял куртку, мои глаза удивлённо расширились при виде пистолета за поясом его джинсов. Он с интересом оглядел квартиру и с усталым вздохом опустился на диван.
Со стороны мало кто мог догадаться, что нас с ним связывали общие гены. Если я относилась к блондинкам, то Ченс был жгучим брюнетом с густыми упрямыми кудрями. Его рост значительно превышал мой и, судя по мышцам под серой футболкой, в последнее время ему приходилось много заниматься в спортзале.
Будучи старше меня на два года, он с детства заменял мне старшего брата, которого у меня никогда не было. Его всегда восхищал золотой оттенок моих волос, поэтому он, сколько я себя помнила, звал меня Солнцем.
Когда родители Ченса развелись, ему пришлось вместе с отцом переехать в Атланту, и с тех пор мы с ним виделись крайне редко.
