Автор
За морозную зиму Индианаполиса приходит непривычная теплая весна. На улицах наблюдается усиленная активность - людей не сдерживает прохладный ветер, и каждый стремится заняться чем-то интересным перед новым днем. В этот момент я оглядываюсь — страх заставляет сердце биться как ледяной тиск....
Я никогда не могла выдержать натиск допроса Блейна, поэтому инстинктивно перешла в нападение.
— Это что, инквизиция, Блейн? Он просто мой друг, на этом всё.
Только в коридоре я смогла, наконец, хорошо его разглядеть. Несмотря на усталость, взгляд Блейна оставался жёстким, и на его подбородке проступила однодневная щетина. На нём был всё тот же костюм с белой рубашкой, в котором я видела его в последний раз, но только теперь отсутствовал галстук.
Блейн наступал на меня, и я медленно отходила назад.
— Уже почти рассвет, Кэт, — он говорил своим сдержанным резонным тоном адвоката, который обычно лишал меня всех аргументов, какими бы они не были.
Я отступила за пределы его досягаемости, но всё равно не чувствовала себя в безопасности.
— Ты что, ревнуешь? — спросила я с некоторой нерешительностью, наблюдая, как Блейн снял свой пиджак, ни на секунду не отрывая от меня глаз.
Блейн шагнул вправо, и когда я, поймавшись на уловку, не успела вовремя отклониться в сторону, его рука обхватила меня за талию и прижала к жёсткому телу. У меня перехватило дыхание, и я откинула голову назад, чтобы увидеть его лицо. В глазах Блейна смешались злость и голод, а его хватка обжигала меня, словно доказательство того, что я принадлежала ему.
— Ты чертовски права, я ревную, — прорычал он, прежде чем его рот с осаждающей силой опустился на мой. У меня вырвался всхлип, и его язык тут же проник внутрь, воспламеняя мою кровь и заставляя забыть о причине нашего спора. Он кусал и целовал мою шею, прокладывая дорожку вниз, и ощущение его зубов на чувствительной коже оказалось более возбуждающим, чем я могла себе представить.
Мои пальцы крепко ухватились за его плечи, в то время как он одним рывком стянул вниз мои шорты вместе с нижним бельём, и его рука оказалась между моих ног, лаская и проникая внутрь.
— Ты нужна мне. — Его голос был сиплым шёпотом поверх моей кожи.
— Да, — только и смогла выдохнуть я, прежде чем он оторвал меня от пола и, в два шага преодолев расстояние к дивану, усадил на подлокотник.
