Придется использовать тот самый метод, каким делают искусственное дыхание. А именно, рот в рот. Приятного в этом будет мало, но я переживу. Главное, чтобы потом удалось привести мужчину в чувство и получить ответ на нужный мне вопрос. Без согласия самого изгнанника стать "тенью", никакого обряда посвящения провести не получится. И тогда ему придёт конец: окончательный и бесповоротный.
Осуществить первую, подготовительную часть плана по спасению попавшего под орочье проклятие крылатого, оказалось непросто, но я справилась. Запретила себе думать о боли, которую придётся испытать, взяла в руки кинжал, что даже на вид выглядел острым, и, закусив губу, полоснула себя по левой ладони.
- Ч-чщ-щёрт! - вырвалось у меня совершенно против воли, когда руку точно огнём опалило. - Больно-то как?
Быстро глянула на получившийся порез, который буквально на глазах набух кровью, и поспешила поднести руку к выданной шаманом зарифов пиале: куда буквально тут же западали тягучие алые капли.
Когда в чашке скопилось жидкости ровно на глоток, я небрежно перетянула порез тканью (решив, что нормальную повязку наложу потом, когда все закончится), сделала глубокий вдох, набираясь смелости, и, взяв посудину, повернулась к Эреллу.
К слову сказать, все то время, пока я занималась приготовлениями к предстоящему обряду, обе мои сущности хранили абсолютное молчание. Однако несмотря на это я отлично чувствовала их молчаливую поддержку, что позволяло действовать куда увереннее, чем если бы я была совершенно одна.
"Ну, с Богом!" - тихонько пробормотала я себе под нос, пододвинувшись к блондину максимально близко. После чего быстро, дабы поскорее разобраться со столь неприятной процедурой, поднесла пиалу с кровью к губам, набрала ту в рот, и не менее оперативно склонилась над бесчувственным мужчиной, давя в себе возникшие рвотные позывы.
Одной рукой немного приподняла его голову, в то время как другой довольно сильно надавила на подбородок, и стоило зубам изгнанника с Запада чуть разжаться, быстро прижалась к его губам своими: передавая то, что было у меня во рту.
Удостоверившись, что ни одной капли моей крови не было пролито зря, и дракон ее проглотил, осторожно опустила его голову в прежнее положение. А потом пробежалась взглядом по тому, что находилось вокруг: ища воду или что-то иное, чем можно было прополоскать рот. Отвратительный металлический привкус, что присутствовал в нем, заставлял желудок противно сжиматься, и если сейчас что-нибудь не предпринять, то меня банально вывернет на великолепные разноцветные ковры, которыми был устлан пол шатра.
Искомое обнаружилось в большом ведре, которое стояло рядом у входа в жилище шамана.