Не было, видимо, рядом таких наглых, самоуверенных и властных натур рядом. К счастью.
Платов конечности не то что не убрал, но еще и пошевелил там пальцами, дразня, и это заставило меня сжать кулаки от злости и вновь и вновь забиться в попытке вырваться на свободу. Только поза для побега совсем неудачная. Я распластана под Данилом с широко разведенными ногами. Как и на утренней демонстрации ощутила, вдруг, что там меня касаются, но уже точно не пальцем. Замерла, боясь одним неловким движением сделать себя женщиной. Ощущение такие, будто ко мне дуло пистолета приставили.
Ну что, Лина, давай уже может разберемся с твоей девственностью? Раз и все, и больше не будет с ней никаких проблем, сможешь насладиться, наконец, всеми аспектами взрослой жизни, Платов опять говорит со мной ласково, как врач.
Данил насторожился и убрал руки, но не ствол.
Что это ты так легко согласилась?
Да вот думаю, действительно пора познать все плотские радости. Сначала с мужем. Но ведь если так подумать, то почему только с мужем? Надо быть раскрепощеннее, попробовать разных партнеров, вдруг с кем-то еще лучше. А можно и не с одним за раз. Какие горизонты то открываются. Только с девственностью надо разобраться и лучше с сначала с супругом, чтобы потом спокойно наставлять ему рога.
Платов ствол убрал и вообще наконец с меня слез и лег рядом на бок, подперев руку под голову. Тут же закуталась с головой в одеяло и поглядываю на Данила из под своего укрытия лишь одним глазом.
Куратор смотрит с прищуром.
Это что сейчас было? Ты мне угрожала и шантажировала?
А нечего было на меня пистолет свой наставлять.
М-да. По-моему, тебя уже давно пора расстрелять Лина.
Одного хватит, голос Данила становится все более угрожающим.
Знаешь, я вот как-то вообще не стремлюсь быть расстрелянной.
Это я уже давно заметил. И не смей мне больше угрожать, иначе расстреляю и дома запру под замком и охраной.
Охранники тут, кстати, очень ничего.
Платов злится, но я уже рассержена куда больше, потом осторожность забыта. Нечего меня трогать без спроса.
Супруг вдруг взял и отвернулся от меня.
Все, спи. И будешь еще понимать такие разговоры, действительно запру. Прикую к постели и не буду выпускать до тех пор, пока тут Платов, кажется, задумался.
Вообще не буду выпускать.
Некоторое время лежим в полной тишине, но не темноте. Сверкают молнии, периодически освещая помещение, к тому же муж не все свечи погасил.
Сон не идет рядом с Платовым вот совсем.
