Олененок истерит, блеет. Жалко, невозможно. Что с ним делать то прикажете? Олениху, кстати тоже взяли, чтобы добру не продавать. На мясо ее?
Перевожу взгляд на Платова, тот пару секунд раздумывает и отвечает:
Пусть закопают, вынес неожиданное решение организатор. Неожиданное, потому что нерациональное. Где олененок?
Что же, пойдем проверим больного.
Платов отпустил мою руку.
Лина, возвращайся в класс.
Если ты собралась опять прибрать к рукам бедное животное, то нет.
Не собиралась, наверное. А почему сразу нет?
В ближайшее время тебе будет не до оленят. К тому же можно будет попытаться пристроить его к какой-нибудь козе.
Все же двинулась вслед за мужем, уходящим в сторону ветеринарки, и Данил на это ничего не возразил.
Хмурый врач пустил нас в свою резиденцию неохотно. Георгий так и вовсе на улице остался.
Малыш оказался невероятно трогательным и грустным. Его оставили в огороженном углу на подстилке. И у меня сердце кровью обливается только от одного взгляда на грустного кроху с перевязанной ножкой. Олененок отвернулся к стене и на звуки сейчас никак не реагирует.
Ничего не ест, пожаловался ветеринар. А покормить надо бы уже. Козу привели до вашего появления, не пошел к ней.
Молоко в бутылочке есть? деловито интересуется Платов, все больше меня удивляя.
Да, вот на столе. Хотите, попробуйте его накормить, но пока, полагаю, это бесполезно, ветеринар пожал плечами. А я пока в свинарник схожу, там жалуются что хряк один вялый.
Да, конечно, идите, мы с женой пока здесь побудем.
За ветеринаром хлопнула дверь. Данил опустился на колени перед олененком и осторожно погладил его по шерстке. Маленький нервно дернулся и свернулся калачиком. Даже не испугался. Похоже, олененку сейчас все равно, что с ним самим происходит.
На мои глаза навернулись слезы.
Платов осторожно перетащил малыша себе на ручки, и только тогда тот начал вырываться.
Тш-ш-ш, Данил уже раньше проделывал этот трюк с моей лошадью. Мягко удерживая олененка, стал что-то шептать ему на ухо и осторожно поглаживать. Вскоре зверек затих, уткнувшись носом в сгиб локтя мужа.
Я наблюдала за всей этой сценой широко раскрытыми глазами. Сколько нежности было в действиях супруга, невероятной теплоты и доброты.
Лина, подай, пожалуйста, молоко.
Я взяла со стола бутылочку и присела на пол рядом с Платовым.
Платов, коварно блестя глазами, наклонился и прошептал прямо в губы:
Ну вот ты и обо всем и догадалась. Мы с тобой одной крови.
