Автор
Майя Сухова и Владик Марченков начинают отношения, начавшиеся с симпатии, которая перерастает в нечто большее. Их связь осложняется школьными интригами и необходимостью поддерживать видимость идеальных отношений. Возникают вопросы о том, что на самом деле означает удача и счастье для них обоих.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Переспать на удачу (СИ)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Майя Сухова и Владик Марченков начинают отношения, начавшиеся с симпатии, которая перерастает в нечто большее. Их связь осложняется школьными интригами и необходимостью поддерживать видимость идеальных отношений. Возникают вопросы о том, что на самом деле означает удача и счастье для них обоих.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Майя Сухова и Владик Марченков начинают отношения, начавшиеся с симпатии, которая перерастает в нечто большее. Их связь осложняется школьными интригами и необходимостью поддерживать видимость идеальных отношений. Возникают вопросы о том, что на самом деле означает удача и счастье для них обоих.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вид у господина Рудинского был мечтательно-сыто-ностальгический, а глаза подернулись поволокой. На что Майя решительно качнула головой и сказала:
- Ну, я смотрю, тебе мои советы не требуются. Анализировать тут просто нечего. Но ты смотри, чтобы девчонку не обижал!
- Майя! Вот только глупости не надо говорить!
- Ладно-ладно. Тристан ты наш, с Изольдой... - фирменная ехидная улыбка.
- Майка... Знаешь... Я никогда не думал, что это так... так...
Майя только рукой махнула.
Он грозно свел брови, а потом рассмеялся вместе с ней.
- Ладно, Майка. Мне косточки перемыли. Скажи лучше, как у тебя?
Она на какое-то время ушла в свои мысли, и мысли, очевидно, не были неприятными, потому что женщина улыбалась.
С тех пор, как Сережа начал хоть как-то общаться с Владом, ей стало легче. Исчезла это выматывающая нервозность. Конечно, до нормальных мирных отношений, не говоря уже о родственных, было далеко, как до Луны. Но хоть не вражда. Хоть не надо переживать, что мальчик сорвется. Да и Влад... Да, он не подарок, но все равно нехорошо как-то. Теперь она не была против того, чтобы отец наладил отношения с сыном. Все-таки, Майя сама воспитывалась в традиционной семье, с совершенно определенными ценностями. И ей показалось правильным, что Влад хочет добиться доверия сына. А мужчина стал задерживать подольше, теперь за столом вместе сидели, правда, молча, но...
Ей импонировало то, что Марченков не пытается 'купить' сына, а ищет к нему пути. В один из вечеров, провожая его, она в первый раз вышла вместе с ним и прикрыла за собой дверь. Хотела поговорить с глазу на глаз.
Он остановился немного удивленный и честно, говоря, напрягся, не зная, чего ждать.
- Я благодарна тебе...
- За что? - он даже смутился.
- За то, что не предлагаешь Сереже деньги, еще какие-нибудь блага жизни... Что не пытаешься 'купить', короче.
Он грустно улыбнулся, протянул руку, касаясь ее щеки, и сказал:
- Я знаю, то, чего я хочу, нельзя купить, это можно только заслужить. И я знаю, что это не будет просто. Но я не отступлю.
И посмотрел на нее так...
А неделю назад Сережа приплелся в кухню со своими расчетами, у него никак не ладилось, так и жевал - одним глазом в записи пялился. И тут Влад попросил разрешения взглянуть, а потом указал сыну, где ошибка. Надо же, за столько лет еще что-то вспомнил. Сережа сначала в штыки, мол, да что ты... А потом проверил, и правда. Кончилось тем, что они с тарелкой оладьев засели на диване в гостиной. Шумели, спорили, доказывали. Оладьи закончились, Сережа прибежал в кухню за новой порцией и выпалил:
- Ты знаешь, ма, а предок-то ничего! Голова еще варит! - и умчался обратно.
Мужики. Майя только улыбнулась, глядя из кухни, как эти двое склонились над исписанными листами, совершенно одинаковыми жестами таская с тарелки оладьи.
