Откровенная исповедь о войне и её воздействии на человека. Выпускник МГИМО Олег Нартов волею судьбы становится переводчиком в спецназе, где сталкивается со страхом, болью и лишениями. История о том, как война ломает личность и испытывает её на прочность.
Раздел Chitat.online для книги «Переводчик» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Откровенная исповедь о войне и её воздействии на человека. Выпускник МГИМО Олег Нартов волею судьбы становится переводчиком в спецназе, где сталкивается со страхом, болью и лишениями. История о том, как война ломает личность и испытывает её на прочность.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Алексей Сергеевич Суконкин Литрпг подборки серии
Откровенная исповедь о войне и её воздействии на человека. Выпускник МГИМО Олег Нартов волею судьбы становится переводчиком в спецназе, где сталкивается со страхом, болью и лишениями. История о том, как война ломает личность и испытывает её на прочность.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Казалось, что танкист улыбнулся злой гримасой перед смертью, и эта гримаса застыла на его лице. Как же ты сгорел, танкист? В каком бою? И, самое главное, за что?
За танкистом лежал пехотинец без головы. Голова его лежала чуть в стороне. Воротник бушлата пехотинца был залит кровью и разорван в лохмотья — видимо голову ему отсекло крупным осколком…
За безголовым солдатом лежали два бойца в десантной форме. Один десантник был лишен ноги — она была разбита в лохмотья до самого колена, а на бушлате другого Олег рассмотрел не менее десятка пулевых пробоин. Последним лежал сержант Аяс Май-оол.
Одной кисти у него не было — наверное, напрочь раздробила взорвавшаяся граната. Бушлат был порван и перемешан с внутренностями. Лицо было иссечено осколками и сильно залито кровью. Олег присел возле тела сержанта.
— Аяс, Аяс… не дождалась тебя твоя Тува…
Из карманов убитого он вытащил аптечку с промедолом, спички в целлофане, пачку ""Примы"" с двумя сигаретами, складной нож. С уцелевшей руки снял наручные часы. Все это уже не нужно было убитому сержанту…
— Спи спокойно… — Олег поднялся.
У входа стоял присмиревший санитар.
— Куда его отсюда?
— В Моздок, — ответил санитар. — А потом домой.
Олег подвинул в сторону солдата и пошел вдоль ряда палаток. На душе было пусто. Вещи погибшего жгли руку.
Олег ходил по расположению госпиталя, пока не нашел палатку нейрохирургии. Возле палатки стояли и курили два врача. Олег подошел к ним:
— Вы нейрохирурги?
— Ну, — кивнул один из них. — Тебе-то что?
— А что с лейтенантом, которого к вам доставили недавно?
— К нам привезли сегодня трех лейтенантов, — сказал врач. — Тебе какой нужен?
— Тот, у которого осколком глаз выбило и два ранения касательных.
— А, этот… ну, посмотрели, сделали, что смогли…
— Он жив? — спросил прямо Олег.
— Жив, — кивнул врач. — В реанимационное отделении перевели. Жить, наверное, будет.
— Слава Богу… — хоть немного отлегло на душе.
Побродив немного еще, Олег вернулся в свою палатку.
— Ты где был? — спросил Николай. — Тебя медсестра обыскалась…
— Там моих привезли…
Олег опустился на койку.
— Раненых?
— И раненых тоже…
Николай выставил на тумбочку початую бутылку водки, предложил:
— Будешь?
— Если нальёте…
Выпили. Олег вынул из кармана пачку сигарет и раздал всем по сигарете:
— Это все, что осталось от моего сержанта…
Мужики вышли покурить.
Ближе к вечеру Олег пришел в палатку Яниной. Света и Ира сидели за столом. На столе стояла почти пустая бутылка водки. Они обе были пьяны. Сильно.
— Заходи, — Света махнула рукой. — Садись…
Олег указал глазами на свои резиновые сапоги, на которых комьями висела грязь.
— А, не снимай… проходи… — разрешила Света.
