Откровенная исповедь о войне и её воздействии на человека. Выпускник МГИМО Олег Нартов волею судьбы становится переводчиком в спецназе, где сталкивается со страхом, болью и лишениями. История о том, как война ломает личность и испытывает её на прочность.
Раздел Chitat.online для книги «Переводчик» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Откровенная исповедь о войне и её воздействии на человека. Выпускник МГИМО Олег Нартов волею судьбы становится переводчиком в спецназе, где сталкивается со страхом, болью и лишениями. История о том, как война ломает личность и испытывает её на прочность.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Алексей Сергеевич Суконкин Литрпг подборки серии
Откровенная исповедь о войне и её воздействии на человека. Выпускник МГИМО Олег Нартов волею судьбы становится переводчиком в спецназе, где сталкивается со страхом, болью и лишениями. История о том, как война ломает личность и испытывает её на прочность.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Отдохнул в госпитале? — прищурившись, спросил Володя.
— Отдых там, где тебя нет… — отпарировал Олег.
Лунин рассмеялся:
— Они друг друга стоят!
Выпили.
— В госпитале я слушал радио ""Свобода"", — сказал Олег. — Так вот там сказали, что жену Ахмадова, которую мы давеча грохнули, мочило ""подразделение гяуров"" численностью в двести человек. Да, и остальные в той колонне, оказывается, были детьми.
— Во дают… — усмехнулся Дима."
"— Врешь поди… — рассмеялся Иванов. — Разве такое будут говорить?
— Нет, честно. Так прямо и сказали. Двести гяуров расстреляли мирную колонну с детьми и женой Ахмадова…
— Вот врут… — вырвалось у Василия.
После второй Олег почувствовал жжение в ране и, подумав, что это от водки, решил больше не пить.
— Как там медсестры? — спросил ""поручик Ржевский"".
— Там, Дима, — отозвался Олег. — Я к медсестрам не приставал и на их прелести особенно не засматривался.
— А что так? — спросил Мишин. — Медсестры не нормальные?
— Медсестры нормальные. Только им там далеко не до того, о чем вы тут думаете…
— А чего так? — спросил Мишин.
Олег вспомнил, как женщины после бессонных ночей, проведенных за хирургическим столом, падали спать как убитые…
— Там все серьезно. Кстати, там и наши знакомые есть…
— Кто? — спросил Лунин.
— Света Янина и медсестра, как её… Ирина. Передавали вам всем привет.
— Не понял? — Дима посмотрел на Олега: — Они же были в Моздоке…
— А теперь здесь. Живут в палатках. В грязи…
Олег дотянулся до банки с тушенкой и подцепил на нож приличный кусок мяса. Обычно в таких случаях кто-нибудь обязательно указывал на недопустимость съедания в одного такого куска, но сейчас все промолчали.
— А девочки наши к войне все ближе и ближе… — сказал Глеб. — Говорят, кто-то из наших девчонок сошел с ума…
— Да, — кивнул Олег. — Эльвира. Она сейчас в Моздоке. Света говорила, что они боятся отправлять её домой…
Все выпили, Олег пропустил. Фомину было видимо уже много, и он упал головой на стол. Олег отрезал краюху хлеба и намазал на хлеб красной икры.
— А наш врач тут тоже недавно учудил… — сказал Глеб, закусив.
— Чего еще? — спросил Олег.
— Когда Витька подстрелили, Саня с нами в горы ходил. Как его Романов пустил, ума не приложу. Начмед все просился сходить на операцию, говорил, что хочет кровь в жилах разогнать. Ну, так вот, когда мочилово началось, мы с ним и Авдеем вниз бросились, а впереди духи. Авдей по ним, они по нему. Боец упал, раненый, а врач наш, вроде интеллигентик такой, в очках, оставшихся духов из автомата срубил, они даже понять ничего не успели. И вообще он молодец.
