Откровенная исповедь о войне и её воздействии на человека. Выпускник МГИМО Олег Нартов волею судьбы становится переводчиком в спецназе, где сталкивается со страхом, болью и лишениями. История о том, как война ломает личность и испытывает её на прочность.
Раздел Chitat.online для книги «Переводчик» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Откровенная исповедь о войне и её воздействии на человека. Выпускник МГИМО Олег Нартов волею судьбы становится переводчиком в спецназе, где сталкивается со страхом, болью и лишениями. История о том, как война ломает личность и испытывает её на прочность.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Алексей Сергеевич Суконкин Литрпг подборки серии
Откровенная исповедь о войне и её воздействии на человека. Выпускник МГИМО Олег Нартов волею судьбы становится переводчиком в спецназе, где сталкивается со страхом, болью и лишениями. История о том, как война ломает личность и испытывает её на прочность.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
На подходе Серебров связался с Воробьевым по рации:
— Слышишь, Воробей, это мы идем, не подстрелите…
— Понял, товарищ майор. Постараюсь…
Серебров связался с Романовым и доложил ему обстановку. Романов заспанным голосом спросил:
— Твое решение?
— Сейчас свожу туда всех, покажу, что и где, а под утро провожу налет.
— Мовсаев там?
— Это я установить не смог. В любом случае, через несколько часов узнаем…
— Рота Юрьева тремя группами в двух километрах от тебя. Может, задействуем его?
— Боюсь, что мы в такой кромешной тьме не найдем друг друга, а не дай Бог чего хуже — постреляем сами себя…
— Своими силами справишься?
— Думаю, что да. Выходить буду на север, утром мне нужны будут вертолеты и броня.
— Сейчас займусь. Что еще?
— Есть что-нибудь свежее по району?
— Да есть. Пять часов назад пехота обстреляла группу боевиков численностью три человека, которые шли в сторону твоего лагеря. Все трое ушли, возможно, один из них был ранен…
— Понял, что еще?
— Больше ничего.
— Куда, интересно, делась банда Ахмадова — ведь от нас человек десять ушло, не меньше… и сам Ахмадов тоже…
— Пока это не известно…
— Не хотелось, чтобы они вылезли на меня в самый не подходящий момент…
— Так может, двинуть к тебе роту Юрьева?
— Пусть сидят там, где сидят. Днем, если что, они до нас за двадцать минут добегут. А мы за это время сможем отбиться от кого угодно…
— Хорошо. Что еще?
— Пойду, свожу всех, покажу что где…
— Тогда до связи.
— До связи.
Романов отключился. Олег слышал весь разговор.
— Интересно, кто эти трое? — спросил Олег.
— Хотел бы и я знать. Ладно, бди здесь, а я поведу бойцов, покажу им лагерь…
Олег остался с двумя разведчиками на охране пленного боевика и тяжелого снаряжения группы, которое бойцы оставили, чтобы было удобнее действовать налегке.
Олег привалился к дереву, взяв удобнее автомат. Через несколько часов этот автомат будет кого-то убивать…
К Нартову подобрался один из оставшихся разведчиков:
— Товарищ старший лейтенант, разрешите…
— Чего хотел?
— Там духов много?
— Не знаю. Там стоят палатки, сколько в них человек — не понятно. Утром узнаем…
— Ясно.
— Тебе от этого легче?
— Немного.
Через час Серебров привел разведчиков и Воробьев увел к лагерю оставшихся двух. Майор снова связался с Романовым:
— Взять ""языка"" на месте не получается. Их караул имеет бодрствующую смену, и не понятно есть ли оружие в других палатках.
— Твое решение? — спросил Романов.
— Пока без изменений. Налет рано утром.
— Понял. Значит, слушай меня — утром ""подсолнухи"" и две группы роты Самойлова со стороны Шали начинают подниматься к тебе. Может, дождешься их?
— Когда они будут у меня?
— В семь утра, крайний срок — восемь. Подожди их, вместе и проведете налет.
— Нет, это слишком поздно.
