В центре пригорода, где мирная жизнь казалось бы не могла быть иначе, вдруг поднялся гром среди ясного неба — приказ о формировании специализированной медбригады на базе старого госпиталя. Сразу началась суета: всем нужны были инструменты и оборудование, а медицинские работники набирались по штатам, получая необходимые предметы одежды....
Наивность любимой иногда его поражала. Но Света была любящей женщиной и очень сильно переживала за своего мужа. Она всеми возможными способами выражала свою любовь и нежелание отпускать мужа туда, где его запросто могли убить.
— Прости меня, Света.
— За что?
— Так, прости за все. Может, обидел когда…
— Ты так не говори! Слышишь? Ты не говори так, как будто умирать собрался. Я не хочу слышать от тебя такие речи! Ты вернешься живым и здоровым! Понял?
— Слушаюсь! — Игорь усмехнулся.
— Ты не смейся! Нашел время смеяться! Лучше подумай, как я тебя здесь ждать буду! Да я изведусь на нервы вся!!!
— Ну не переживай.
Игорь это уже говорил Свете весь вечер, но повторял снова и снова. А она делала вид, что не слышала это раньше и кивала, пытаясь поверить в это.
Утром началась отправка. Тяжело груженые «Уралы» стройным маршем двинулись на аэродром военно-транспортной авиации. Жёны, дети и близкие провожали убывающих только до ворот гарнизонного городка. «Прощание славянки», слезы, просьбы вернуться живыми и зычные голоса командиров.
— Да не реви ты! — говорил Игорь, хотя и сам чувствовал, что вот-вот и сам расплачется от вида рыдающей жены.
Света вытирала слезы, но они снова и снова лились из красных, не выспавшихся глаз.
Колонна ушла, оставляя после себя только тишину, дорожную пыль и выхлоп двигателей.
Света повернулась и пошла в госпиталь.
Пустое хирургическое отделение встретило Свету неприветливо и хмуро.
* * *После обеда в госпиталь пришел Дима Лунин. Он поздоровался со Светой и указал на свою ногу:
— Сегодня опять подвернул, вот теперь наступать больно.
— А я думала, что ты уехал, — сказала Света.
Она разбинтовала ногу и покачала головой. Лунин не жалел ни себя, ни свою ногу.
— Меня оставили на месяц. Через месяц еще один самолет полетит на Кавказ. Повезет то, что там нужно будет из того, чего не взяли.
— Я тогда Игорю своему что-нибудь передам. Отвезешь?
Дима кивнул.
— Ну и ладненько.
— А ногу тебе надо беречь.
— Согласен. Только как ее беречь, если у меня служба такая…
В это время в кабинет врача, прихрамывая, вошел среднего роста, щуплый молодой лейтенант в новенькой форме. Смущенно улыбнувшись, он спросил:
— А кто может мне оказать медицинскую помощь?
— А ты кто такой? — повернулся к нему Лунин. — Чего-то я тебя не знаю.
— Лейтенант Нартов.
