Автор
Карательный батальон "Ганьба" приобрел грозное звучание в Мариуполе. В декабре его перебросили в Бердянск, где численность стартовых 50-ти человек стремительно увеличилась до пятисот откровенных нациков и бандитов. Штаб теперь располагается на даче экс-премьера Украины Януковича, придавая ситуацию ещё большую остроту....
– Это наверно вход в Аннозачатьевскую церковь, нам туда. Много народу видишь?
Матвей посчитал:
– Человек пять.
– Прорвёмся. Стена просматривается?
Матвей сосредоточился на монастырской стене:
– Ничего не вижу…
– Значит, эти идиоты не позаботились о контроле периметра, это хорошо. Не понимаю только, почему там мало охраны у церкви. Может, в самом лабиринте спрятан гарнизон, в засаде?
Матвей снова напрягся, изучая подземный ход, ведущий от церкви к подземным церквушкам и кельям.
– Люди есть… но мало… вижу двоих.
– Начинаем, нет смысла ждать, пока охрана не усилится.
Перебежали не освещённую фонарями дорогу, поднялись к стене, древняя кладка которой, простояв сотни лет, и по сей день сохранила прочность и геометрический рисунок, хотя щели между блоками кое-где увеличились, а сами кирпичи покрылись щербинами.
Объявились проводники.
– Лезьте на стену, – велел им Стас. – Мы за вами.
Монахи, или кто они там были на самом деле, достали из заплечных котомок мотки верёвок с крючьями, закинули их на не слишком высокую стену, ловко полезли вверх.
– Взберёшься? – спросил Стас.
Матвей молча взялся за конец верёвки. Память сохранила навыки прохождения полосы препятствий в учебке, а тело способно было выдержать и не такую нагрузку.
Взобрался он на стену быстрее, чем брат.
Верх стены был достаточно широк, чтобы на нём можно было устроиться с комфортом – между зубцами – и отдохнуть.
Матвей ещё раз внимательно изучил дорожки между строениями Лавры, покрытые плитами или булыжником, заросли деревьев и кустов, дал знак спускаться.
Все четверо бесшумно спустились к подножию стены, оставили верёвки висеть, предполагая вернуться тем же путём. Перебежками двинулись по дорожкам к единственному освещённому объекту этой части Лавры – небольшой трёхкупольной церквушке, стены которой, окрашенные в белый цвет, были укреплены контрфорсами.
Фонарь неподалёку от прямоугольного притвора церкви, примыкающего к центральному строению с высоким позолоченным куполом, светил тускло, но всё же его света хватало, чтобы рассмотреть большие полуциркульные окна притвора и самой церкви, позолоченные купола, апсиды под куполами, башни, восьмигранный барабан самой церкви и двух мужчин в чёрных рясах, прохаживающихся вдоль ступенек входа в притвор, накрытого резным металлическим полукруглым навесом.
– Что видишь? – прошептал Стас.
– Двое, – так же тихо ответил Матвей. – Внутри ещё трое.
