Поляна ожилла и зазвучала с появлением Скалса — нового порядка в безликой реальности. Краски разлетаются по каждому листку, каждому шару насекомых, каждый камешек на траве. Атмосфера стремится к нереалистичной гармонии и балансу.
От скалсов всего можно ожидать…»
Впрочем, даже если скалсы сумеют освободиться, для них это все равно будет поражением — их самое сильное оружие оказалось бессильным против Алекса, тогда как он до сих пор даже не начинал воевать.
А вот то, что Сердатишан вспомнил о Перезагрузке — плохой знак. Скалсы могли продолжить свою политику, даже если капитулируют.
«Однако, они могут гадить по-тихому, в надежде, что дождутся Перезагрузки и что после этого взойдет их звезда. Фанатики. Что же с ними делать?»
Конечно, Алекс был уверен, что во время Перезагрузки скалсов просто сожрут монстры, и никакая их звезда не взойдет, но это никак не поможет Ваантану.
Однако мысль о монстрах, натолкнула его на мысль. Возможно, здесь и сейчас у него есть возможность повлиять на фанатиков."
"— Я хочу показать вам небольшое кино, — неожиданно заявил он.
— Кино⁈ — удивился Сердатишан.
Мирам на заднем фоне также было очень интересно, о чем говорит босс.
— Да, — усмехнулся тот. — Вы можете принять мои воспоминания?
— Разумеется! — подтвердил скалс.
— Тогда устраивайтесь поудобнее…
Разгон сознания и абсолютная память позволяли делать много интересных вещей. Например, Алекс неоднократно пересматривал свои бои с чудовищами, анализируя каждый шаг. Это была его стандартная практика после любого серьезного сражения.
Теперь же он хотел поделиться избранными моментами с расой телепатов.
* * *Сердатишан с подозрением относился к любым инициативам Разрушителя и никакое кино смотреть не желал.
Паника, разумеется, была вызвана текущими обстоятельствами. Это сложно было объяснить нетелепату, но в Ваантане не было ни одного места, где бы скалс оставался по-настоящему один. Всегда имелся некий фон, ощущение «присутствия». Любая живая планета была заполнена живыми существами, включая мельчайших созданий.
Они воспринимали его как очень тихий «гул».
В безжизненном космосе также не было абсолютной тишины.
