Автор
На крейсере "Персефона", где каждый шаг важен для сохранения жизни, капитан Ивэн Млич сканирует лица экипажа на голоэкране. Крейсер огромен и неприступен, но здесь время летит стремительней всех кораблей. Встречают они лишь те вызовы, которые достойны их решений. Это не просто путь в море — это путешествие в неведомое....
Потусить на пару недель прилетали все до одного, а два самых именитых наследника — Лесард Локьё из дома Сапфира и Эберхард Имэ из дома Аметиста — прикипели друг к другу намертво. Делились сокровенным, доверяли во всём.
Но в этот приезд между ними проскочила какая-то паршивая кошка.
Впрочем, Лес подозревал, какая именно. Это он успешно миновал порог первого взросления и был допущен до процедуры вхождения в Дом, Эберхард — нет.
Лес не стал ничего рассказывать Рао о конфирмации именно потому, что не хотел бередить раны друга.
Эберхард слушал-слушал и не выдержал.
— Тебе легко ругать ритуалы, — горько сказал он. — Тебя допустили до конфирмации, а меня…
— Ну а чего ты хотел от тех, кто ненавидит твоего дядю? — спросил Лес.
Он не стал оправдываться, говорить, что не виноват в решении Совета Домов. Не стал упрекать приятеля в том, что тот дулся на него все эти дни. Уж чего-чего — а злопамятности в наследнике Дома Сапфира никогда и не ночевало.
Эберхард и так всё понимал. Он опустил голову и уткнулся глазами в пол.
Лес оценивающе посмотрел на Рао — крепко ли спит? И сказал тихо:
— Аний говорил, что там был ещё и формальный повод для недопуска.
Эрцога Локьё племянник запросто называл Анием или просто дядей. Не любил он никого навеличивать, включая самого себя.
Эберхарду бы и в голову не пришло сокращать собственное имя до маленького слога или звать опекуна пусть даже по второму, «домашнему» имени — Реге.
Но Лесарду нравилось старинное имя дяди, нравилось короткое и простое — Лес. Оно связывало его со скитаниями по Галактике, с жизнью в трущобах, с болью и грязью, которые не забылись именно потому, что он не хотел забывать.
Лес напрочь забыл кто он и откуда, не помнил родителей, детство. И потому берёг даже самую малую толику сохранившейся памяти.
— Я знаю про эту формальность, — кивнул Эберхард. — По древней традиции наследник дома Аметиста обязан сначала пройти интрадукцию**.
— Блин, ну и назвали же, — усмехнулся Лес. — Скажи проще — ему нужно отправиться в родовое путешествие по местам, где родились предки. Ну и почему ты никуда не летишь, а?
— Потому что это невозможно, — со вздохом пояснил Эберхард. — Линнервальд не отпустит. Он говорит, что путешествие к Ивэри для такого, как я, — ничего не даст в плане репутации. Настоящая родина Дома — в Изменённых землях, а туда путь закрыт.
— Но идея-то хороша! — улыбнулся Лес.
