Автор
На крейсере "Персефона", где каждый шаг важен для сохранения жизни, капитан Ивэн Млич сканирует лица экипажа на голоэкране. Крейсер огромен и неприступен, но здесь время летит стремительней всех кораблей. Встречают они лишь те вызовы, которые достойны их решений. Это не просто путь в море — это путешествие в неведомое....
Двое живут и здравствуют до сих пор. Можно шлюпку послать и выкрасть… — Эмор осёкся.
Не ему было такое решать.
Дерен покосился на мрачное лицо Дарама, потом на спокойное, капитанское. Приподнял бровь.
Кое-какие списки изгоев Содружества он недавно привёз с Граны. Не мешало бы их сравнить с «исследованиями» молодёжи.
На запястье капитана маячок Дерена тут же полыхнул сообщением.
«Списки. И Линнервальд», — написал тот.
Капитан понял. Кивнул. И успокоился так же резко, как на него накатило.
— Уф-ф, — выдохнул Млич.
В каюте снова стало можно нормально дышать.
Келли, сладко задремавший под бурю капитанских эмоций, проснулся и заморгал, не понимая, откуда такая толпа народу?"
"Появление трёх генераций Азерта зампотех проспал, расширение совета — тоже.
Капитан посмотрел на Дерена и поднял глаза к экрану над пультом. Тот коснулся ладонью виска, а потом груди.
Да, допросить Локьё не сумел бы и сам Хэд, а вот расколоть Линнервальда, если, конечно, он что-нибудь знает, можно было попробовать.
— Ну что ж, — сказал кэп, переводя взгляд на Эмора и его конспираторов. — Времени вы зря не теряли. Но я подозреваю, что это не всё?
Эмор закусил губу. Про головидео докладывать ему не хотелось, запись-то спёрли. Капитан остыл, конечно, но всё-таки…
— А ещё мы посмотрели запись допроса хаттов-исполнителей, — быстро сказал Бо. — Это я восстановил его и скачал.
Капитан отметил растерянность на лице Эмора — сдавать товарища тот не хотел. Прищурился, разглядывая «корабельного» хатта:
— Ты по карцеру заскучал?
— Нет, господин капитан.
— А зачем посвящаешь офицерский совет в тайны ваших керпячьих безобразий?
— Я не хочу, чтобы кого-то наказали вместо меня.
— Ну, а раскопали-то что?
Эмор щёлкнул по спецбраслету, активируя голопроекцию диаграммы, раскрашенной в зелёный, жёлтый и оттенки красного.
— Мы кое-какие эксперименты провели, господин капитан, — доложил он. — Вот! Это реакция членов экипажа на запись с хаттами.
— Вы всем подряд давали смотреть запись? — нахмурился Дарам и встал, готовый бежать и спасать пострадавших членов экипажа.
— Нет, конечно, — удивился Эмор. — Только тем, кто сам захотел. Мы знаем, что есть социальные права и всё такое. Но желающих было много.
— И кое-кого ну та-ак плющило! — подсказал Рэм. — Но это десантники, они крепкие! Все ржали потом.
