Я delveю в тайны мира, переплетая судьбы миру и его жителям. С каждым новым разворотом страницы, я открываю новые глубины фееричной сказочной вселенной, где кристаллы стекла и ароматные эликсиры тонким светом проникают в самые укромные уголки бытия. Здесь царит магия, где каждое слово может изменить ход истории, но главное — это нежданное открытие, которое меняет все...
Меньше всего ей хотелось, чтобы кто-то из мужчин заметил ее недомогание, особенно Дарвейн.
Палатка, которую поставили для нее данганары, оказалась тесной, с низким навесом, но плотными войлочными стенками, защищавшими от непогоды. Земля здесь была тщательно очищена от снега и застелена густым медвежьим мехом поверх толстых стеганых попон. В углу на стальной цепочке покачивался одинокий светильник – жалкий трепещущий фитиль в глиняной пиале, наполненной маслом.
Под светильником на земле стоял котелок, от которого поднимался пар. По губам Эсмиль скользнула невеселая улыбка: лэр впервые позаботился о ее женских потребностях и приказал своим людям нагреть ей воды для омовения. На мгновение в глазах девушки мелькнул триумф: суровые данганары, закаленные в битвах воины прислуживали ей! Но это чувство тут же исчезло. Они прислуживали не ей, они исполняли приказ своего лэра.
После встречи с ирбисами мужчины стали относиться к ней более дружелюбно, уже не смотрели как на бесполезное существо, годное только удовлетворять похоть их командира, но это абсолютно ничего не значило – и Эсмиль это прекрасно понимала. Сегодня они нагрели для нее воду и поставили палатку, но если завтра Дарвейн прикажет, они набросятся на нее, как свора голодных псов. Они были мужчинами, грубыми, неотесанными варварами, понимавшими лишь закон силы. А она – женщиной, существом, которое в этом мире не имело никаких прав. Рабыня или квинна – без разницы. Любая квинна была, по сути, той же рабыней и всегда подчинялась мужчине – отцу, мужу, опекуну. У нее не было возможности ни жить, ни умереть по собственному желанию.
Борясь с комом в горле и странным головокружением, девушка быстро скинула с себя все, кроме льняной сорочки и обуви. Прохладный воздух заставил ее задрожать, а кожу покрыться мурашками. Стуча зубами, Эсмиль смочила в горячей воде кусок припасенной ткани и тщательно обтерлась везде, где только смогла – лицо, шея, руки, верхняя часть груди. Потом подняла подол, скрутила его под грудью и занялась нижней частью своего тела. Но стоило ей нагнуться, как перед глазами все поплыло. Сдавленно охнув, девушка пошатнулась. Ноги ее подкосились, не желая держать хозяйку, тело словно налилось свинцом, а в груди появился жар.
Оступившись, Эсмиль схватилась за жердь, удерживавшую на себе вес палатки. На лбу выступил холодный пот, и крупные капли потекли вдоль висков.
![Обложка книги За горизонт! [СИ]](/uploads/posts/images/5/za-gorizont-si-3.jpg)
