Автор
В голове главного героя зазвучала древняя тайна: касса с медными монетами вместо золота - все это указывало на роль человека, прикованного к судьбе еврейского народа. Мрачная атмосфера Иудеи добавляет нотку ужаса и предательства в серию случайных находок и загадочных пропажах среди этих монет....
Значит, его предложение все-таки выполнили!
– Помнишь, ты меня все расспрашивал? – раздался сзади ледяной голос Мятте, и он понял, что никакой ошибки и никакого совпадения тут нет, латыш вовсе не замещает обычного конвоира, а выполняет свою обычную, привычную работу.
– Вот, смотри, как надо!!
Сзади раздался чудовищный грохот, мир исчез, хотя Визжалову показалось, что он еще почувствовал, как Мятте ударил его сапогом под зад, чтобы не испачкать мундир. И можно было быть уверенным, что он не забрызгался…
* * *– Все полностью признались, товарищ генеральный комиссар госбезопасности! Следствие было проведено в кратчайшие сроки, решения «тройки»[33] приведены в исполнение… Есть предложение поощрить товарища Мятте, на которого лег большой объем работы…
Это был обычный рабочий доклад в кабинете, стены которого слышали сотни и тысячи подобных докладов.
– Поощрим, поощрим, – кивнул маленький человечек, сидящий за столом начальника. Но это был не Енон Гершевич Иегуда, а новый нарком внутренних дел, он же начальник ГУГБ, он же секретарь ЦК ВКП(б) Николай Иванович Ежов.
Докладывал его заместитель со знаками различия комиссара госбезопасности третьего ранга, но не Аристарх Сидорович Визжалов, а совершенно новый человек, имя которого Ежов до сих пор не выучил. Ничего удивительного в подобной метаморфозе не было: шла великая чистка НКВД, и старые сотрудники, за малыми исключениями, если и находились еще в здании, то уже не в своих кабинетах, а в камерах внутренней тюрьмы.
– Общественность и трудовые коллективы с удовлетворением встречают очищение чекистских рядов, о чем поступают многочисленные телеграммы и письма трудящихся…
– Поддержка народа – главное в нашей работе! – кивнул Ежов.
– Наиболее наглядна история бывшего заместителя врага народа Ягоды Визжалова, который разложился настолько, что изменил фамилию, носил на шее иностранный перстень, отобранный у бандита, спавшего с его будущей женой, – продолжил новый заместитель.
Нарком поморщился.
– Не надо. Это может бросить тень на честных чекистов, которых у нас большинство. А таких махровых перерожденцев, как этот Визжалов – считанные единицы! А что это за перстень?
– Вот, – шагнув вперед, комиссар госбезопасности третьего ранга положил перед начальником следственное дело. – Вещественное доказательство сзади, в конверте.
