Перстень Люцифера — читать онлайн бесплатно полностью

— Пора брать, Варвара Николаевна.

— А может быть, дать ему погулять по Питеру еще день-другой?

— Да теперь уже и так почти все ясно. Встреча с Горенковым — последний штрих,— возразил Яровой.— А держать его лишнее время на воле — искушать судьбу. Черт его знает, какой фортель может выкинуть!

— Ну что ж, если вы так уверены, что больше ничего существенного вам выяснить не нужно, я не возражаю. Только постарайтесь, чтобы задержание прошло без эксцессов.

— Культурно сделаем, Варвара Николаевна, по-интеллигентному,— сказал Яровой.

Комиссар секретно-оперативной части выполнил свое обещание: эксцессов при задержании Вольдемара Корзухина, он же Честимир Ковильян, он же Генрих Ланге, не было...

Когда через полтора часа Ковильян-Корзухин вышел из особняка Юсуповых, перед ним как из-под земли появился человек в барашковой шапке. Он улыбался. Широко. Открыто. Дружественно. благодушно.

Никаких сомнений, перед ним стоял Петров-Скорин.

— Рад вас приветствовать в Петрограде, господин Ланге!

Ковильян-Корзухин опешил.

— Вы?.. Почему вы здесь? Вы же должны быть в Москве...

Правая рука Корзухина быстро и незаметно скользнула в карман пальто. Но Петров-Скорин успел перехватить кисть его руки, сжал сильными пальцами запястье.

— Ну-ну, вы же воспитанный человек, господин Ланге. Зачем же так?

Двое подбежавших сзади чекистов схватили Корзухина за руки, отобрали браунинг, впихнули в стоявший у кромки тротуара черный лимузин.

Задержание «фигуранта», как потом докладывал Яровой, заняло ровно десять секунд и прошло без каких-либо эксцессов.

Вначале Ковильян-Корзухин отказался отвечать на какие-либо вопросы. Но он был прагматиком и, убедившись, что ни Карабашев, ни Федулин, ни Лобова молчаливостью не отличаются, а у Петрова-Скорина более чем приятельские отношения с петроградскими чекистами, заявил о своей готовности «собственноручно изложить признательные показания».

И спустя несколько часов на письменный стол Яковлевой легла стопка исписанных листов бумаги.

Корзухин писал, что после февральской революции, когда жизнь в России стала крайне неустойчивой, многие коллекционеры, особенно мелкие, начали распродавать свои коллекции, в связи с чем антиквариат сильно упал в цене.

Карабашев, который сотрудничал тогда с анонимной американской фирмой, занимавшейся скупкой в России предметов искусства, говорил ему, что если бы он, Карабашев, располагал сейчас хотя бы 50 тысячами рублей, он бы приобрел вещи, которые через несколько лет сделали бы его богатейшим человеком.