В глубоком освещении библиотеки можно увидеть девушку на коленях с открытыми плечами и белым халатиком, ее тело словно нежный лунный камень. В воздухе пахнет свежим мылом и землей, создавая необычайную атмосферу скрытой сексуальности и напряженной тревоги. Кровь первой ночи уже начала течь в ее горячих руках....
– У меня нет карманных имиджмейкеров, детка. Я сам выбираю, что носить, и в советах не нуждаюсь. Рад, что тебе понравилось то, что я для тебя выбрал. Моя жена всегда должна выглядеть под стать мне.
– Тщеславный ублюдок, – беззлобно поддела она его, медленно осматривая с ног до головы.
Этот Тео Гвидиче был ей знаком. У ее мужа было много лиц, но до знакомства с ним, Эвелин видела только эту сторону богатого, избалованного вниманием, засранца-миллиардера и она всегда ей нравилась."
"– У нас нет времени на макияж и укладку, поэтому просто оденься и пошли, Эвелин, – снова посмотрев на часы и теряя свою игривость, сказал Тео.
«Как будто ты додумался бы купить мне косметику для макияжа» – закатила про себя глаза девушка, принимаясь сушить и расчесывать длинные волосы.
Через десять минут они уже выходили из квартиры, держась за руки, как влюбленные молодожены, каким их должен был видеть весь мир. В лифте Тео сделал очередное фото, запостив его в твиттере без надписи и тут же получая реакцию своих фолловеров.
– Я хочу телефон, вся моя общественная жизнь остановилась за эти дни, – тут же надула губки Эвелин, смотря снизу вверх на своего мужа.
Тео щелкнул ее по носу, но ничего не ответил. Когда они сели в машину, он вытащил из кармана такой же телефон, как у него, только другого цвета, и подал ей.
– Мы уже подключились к твоей учетной записи и проверили ее. Никаких ограничений, Эвелин.
Она не могла поверить тому, что слышит. Хотя отец и Виктор позволяли ей активную светскую жизнь, но у нее был целый ряд ограничений в том, что можно и нельзя показывать людям.
– Я могу сняться голой? – проверяя границы, спросила она.
– Можешь, – невозмутимо ответил Тео. – Но отвечать за это тебе придется своей сладкой попкой и гарантирую, что сидеть ты потом не сможешь неделю.
– Отшлепаешь меня? – облизнув губы и еще больше провоцируя его, спросила она, откидываясь на спинку сиденья и скрещивая ноги, чтобы подол платья задрался повыше.
– Отшлепаю, – согласился он, скользя глазами по ее бедрам.
– Поняла, никаких голых фото, – поспешно согласилась не готовая к таким экспериментам Эвелин, включая телефон и с радостью убеждаясь, что он и вправду хранит в себе всю ту информацию, которая была на прошлом. – Спасибо, Тео.
