В глубоком освещении библиотеки можно увидеть девушку на коленях с открытыми плечами и белым халатиком, ее тело словно нежный лунный камень. В воздухе пахнет свежим мылом и землей, создавая необычайную атмосферу скрытой сексуальности и напряженной тревоги. Кровь первой ночи уже начала течь в ее горячих руках....
Не отрывая взгляда от ее вздымающейся из-за дыхания, груди, Тео стянул с себя одежду, чувствуя, как твердеет член от предвкушения. Подойдя к кровати, он лег рядом с девушкой и запустил руку под резинку ее штанов, проходясь пальцами по нежной коже живота до лобка. Она не надела трусики – какая хорошая девочка. Мужчина скользнул пальцами по нежным складкам женской плоти, чувствуя болезненную пульсацию члена, упирающегося в ее бедро, принимаясь медленно ее поглаживать. Она заерзала, но не проснулась, немного расставив бедра и дав ему больше места для маневра.
– Нет! – вскрикнула она, пытаясь вырваться, но его реакция была быстрее.
Тео накрыл ее своим телом, перехватывая за руки и прижимая их к подушке под ее головой, а второй продолжая массировать клитор. Она не могла сдвинуть ноги, потому что он лежал между ними, не могла сопротивляться в ловушке его тела, поэтому не могла и скрыть свою реакцию.
– Нет, нет! – качая головой, плакала малышка, в то время, как ее смазка уже стекала по бедрам, а киска, в которую он скользнул пальцем, сокращалась, сжимая его, словно тиски.
– Такая чертовски тугая! – удовлетворенно прорычал он в ее ухо. – Я порву тебя в клочья.
Она закричала, выгибаясь под ним, и он почувствовал пальцем ее оргазм, наслаждаясь сжатиями так, словно она сжимала в своей мокрой киске не палец, а его член.
– Здесь бывали не слишком часто, не так ли? – довольно проурчал он, двигая им взад-вперед и добавляя еще один.
Она все еще продолжала сопротивляться, дрожа и всхлипывая. Тео разочарованно вздохнул, отстраняясь и садясь на кровати. Обхватил, мокрой от ее соков, рукой стояк и жестко сжал его.
– Садись на него.
Перестав плакать, девчонка сжалась в комочек у изголовья и со страхом уставилась на член."
"– Нет? – спросил Тео. – Давай, детка.
