В глубоком освещении библиотеки можно увидеть девушку на коленях с открытыми плечами и белым халатиком, ее тело словно нежный лунный камень. В воздухе пахнет свежим мылом и землей, создавая необычайную атмосферу скрытой сексуальности и напряженной тревоги. Кровь первой ночи уже начала течь в ее горячих руках....
"
"Это была не самая удачная идея, но ей нужно было научиться хоть как-то обслуживать его. Тео тоже не умел готовить и не собирался начинать. Светиться в супермаркете или в закусочных было опасно, поэтому, у них не было выбора. По пути сюда он даже не заправлялся, прихватив с собой топливо в канистрах, чтобы не мелькать на камерах видеонаблюдения.
Девчонка застыла перед открытым холодильником, рассматривая содержимое, а потом достала бекон и яйца, кладя их на стойку. Тео тем временем достал аптечку, чтобы обработать свои швы на боку.
– Не советую, – протянул Тео, когда она открыла воду. – Здесь нет фильтров для воды.
Она остановилась, сжимая все больше кровоточащую ладонь, и растеряно уставилась на струю воды, текущую из крана.
– У меня даже пластырь есть, – насмешливо помахав в воздухе упаковкой, сказал он.
Малышка обработала продолжающую кровоточить руку и, подойдя к столу, села рядом с Тео, подвигая к себе аптечку и роясь в ней без разрешения. Обработав рану кровоостанавливающей мазью, она протянула руку ладонью вверх, с ожиданием уставившись на него. Тео с ухмылкой вложил пластыри ей в руку, мимолетно проходясь пальцами по ее запястью, отчего она поморщилась и бросила на него злой взгляд.
– Давай побыстрее, детка. Я голоден.
– У меня есть имя, – с вызовом сказала она, вскинув подбородок.
– Скорее кличка, – заметил он. – Линни. Имя для собаки.
– Эвелин, – холодно отрезала она. – Меня зовут Эвелин.
– Детка мне нравится больше.
Резко отодвинув стул, она встала и продолжила резать бекон.
Завтрак малышка испортила. И яйца, и бекон подгорели. А еще, он нашел скорлупу в непонятной смеси, которую она назвала яичницей.
– Сегодня я поверю в то, что ты сделала это не нарочно, и не заставлю тебя съедать это дерьмо, – сказал он, отбрасывая вилку в сторону.
