– Ты очень заботился обо мне, сделав вдовой в тридцать два года! Свалил за бугор, взвалив мне на плечи свою контору, ну, а как же – моя Коваль сильная, она все вывезет! А я поживу в свое удовольствие, отдохну от трудов праведных! Грегори Мюррей! Сволочь ты, Егор, вот ты кто! И теперь ты вдруг решил объявиться, с другой рожей, правда, но ничего – Коваль ведь по фигу, что там с лицом, лишь бы все остальное нормально работало, да, господин английский строитель?! Как ты оказался здесь?
Она прекрасно понимала, что несет сейчас полный бред, обвиняя Егора в том, что он попался ей на Кипре, ведь было совершенно очевидно, что это не что иное, как роковая случайность, стечение обстоятельств.
Но обида и злость захлестнули ее, и Марина не трудилась сдерживать их.
– Я не знал, что ты приедешь сюда, как я мог это знать? Я приехал отдыхать, слишком много работал в последние месяцы. Приехал сюда, мне рекомендовали здешний климат и отели, проводил время в свое удовольствие. Когда увидел тебя в холле, едва не умер…
– Не смей произносить этого слова! Для меня ты умер год назад! Зачем ты подошел ко мне, зачем тебе понадобилось меня трогать? – У нее все кипело внутри от негодования и злости.
– Я не смог, – вздохнул тяжело Егор. – Я никогда не мог равнодушно смотреть на тебя, ты же знаешь. И сейчас тоже не смог, проклинал себя за эту слабость, но ты такая… я не могу отказаться от тебя, все, что угодно, только не это…
Он перехватил Марину и прижал к себе, но она вырвалась:
– Не прикасайся ко мне! Меня тошнит от твоего лицемерия, от твоей лжи! Убирайся отсюда и никогда не смей попадаться мне на глаза! Я верну тебе все, я просто хочу вычеркнуть тебя из своей жизни.
– А сможешь?
– Не сомневайся!
– Значит, не хочешь даже выслушать меня, детка? Или теперь ты отзываешься на киску? – насмешливо спросил он, закуривая.
– Это не твое дело.
– Как посмотреть. Я твой муж, если ты забыла.
– Мой муж мертв. А тебя я вижу в первый раз. Раньше ты был другим.
Я никогда не поступила бы с тобой так.
– Ты делала вещи и похуже.
Марина подошла вплотную к Егору и заглянула в его глаза:
– За что ты так со мной, а?
Его руки легли ей на плечи. Коваль так хорошо помнила этот жест, это тепло.
– Не дергайся, пожалуйста. Я же просил меня выслушать, а ты опять орешь и не хочешь потерпеть хоть секунду. У меня не было выбора, детка, я должен был исчезнуть, изменить внешность, чтобы не пострадала ты.
