Автор
В громоздком зале имперского суда, где собрались редкие зрители, судья с вызывающей уверенностью произносил свой приговор. Я не был среди них — отнюдь. Однако знание того, что здесь выхожу только особо амбициозные или глуповатые, лишь добавляло мне тонкого удовольствия. Атмосфера была плотной и напряженной, словно воздух в зале непрерывно сканировался невидимыми глазами сводчатых потолков....
— Ну ладно, как скажете, — кивнул Никита. — Что, идем дальше?
— Погоди, сейчас Юрка трофей откопает.
В этот момент медведь повернулся к нам. Его белая морда была вся в песке, а в зубах он держал ярко-синий светящийся кусочек какого-то вещества.
— О, кусок элирия нашел! — сказал граф и потрепал медведя по загривку. — Молодец, животное!
Я взял в руку элирий, который на ощупь оказался полужидким, как кусок желе и отдал его Тосику:
— Положи в Рюкзак, — он исчез вместе с элирием, а я посмотрел на нашу команду. — Ну что, ребятки, идем дальше?
Глава 16
Из зала с пирамидой было три выхода в разные тоннели, мы решили начать с самого правого.
Мы шли по тоннелю и постоянно оглядывались — в этом подземелье, где вокруг был только песок, все время что-то осыпалось и шуршало. Такое ощущение, что все время происходило какое-то движение.
Тоннель оказался очень длинным, казалось он никогда не закончится и будет тянуться до бесконечности.
Наконец подземный ход начал расширяться и вскоре мы оказались в настолько огромной пещере, что даже не верилось. Глядя на эту картину, возникал вопрос — как такая громадина может прятаться внутри подземелья?
По всей пещере стояли небольшие пирамиды. Они были гораздо меньше той, которую разрушил наш Медвежонок своей толстой задницей.
— Ни фига себе! — прокомментировала увиденное Даша. — Даже не видно где она заканчивается.
— Может быть она вообще нигде не заканчивается, — ответил Никита.
— Такого не бывает. Все где-то начинается и где-то заканчивается, — сказала Наумова.
Несмотря на то, что говорили они шепотом, их голоса разносились вокруг гулким эхом.
— Как-то здесь слишком тихо, — сказал Владыкин. — Не нравится мне это.
— Мне тоже, — поддержал я его.
Медведь фыркнул и это, видимо, должно было означать, что суть просьбы он уловил.
Стараясь идти как можно тише, мы медленно двинулись вперед. Пока опасаться было нечего, вокруг царила полная тишина и спокойствие.
— Тут как на египетском кладбище каком-то, — прошептала Наумова. — Пирамиды вокруг и могильное безмолвие.
