Автор
В громоздком зале имперского суда, где собрались редкие зрители, судья с вызывающей уверенностью произносил свой приговор. Я не был среди них — отнюдь. Однако знание того, что здесь выхожу только особо амбициозные или глуповатые, лишь добавляло мне тонкого удовольствия. Атмосфера была плотной и напряженной, словно воздух в зале непрерывно сканировался невидимыми глазами сводчатых потолков....
К этому времени я вполне успел не только нормально умыться, но даже и позавтракать. Для пассажиров первого класса завтрак оказался включен в стоимость билета, что было весьма кстати. Вчера за ужин в ресторане мне пришлось заплатить почти десять рублей, а с учетом моего финансового положения это все же дорого. В качестве утешения для себя, я попросил официанта накрыть мне на свежем воздухе, и он с радостью выполнил мою просьбу. Думаю, в данном случае дело было вовсе не в желании угодить клиенту, а в опасении все-таки выпросить свою затрещину.
Оказавшись на речном вокзале, я взял такси и сказал водителю куда меня везти. Настроение было так себе, хорошо хоть таксист попался не из любопытных и не решился со мной заговорить. Хотя чувствовалось, что его подмывает спросить кто я и откуда?
Здание Императорской Академии находилось практически на противоположном конце города. Внушительное, старой постройки, похожее на средневековый замок и окруженное большим парком — мне оно понравилось.
Я не спеша шел по аллее, ведущей к центральному входу в здание и, разумеется, выделялся на фоне общей массы курсантов.
На входе у меня проверили документы, наличие родового перстня и отправили на второй этаж, на зачисление и так называемый вступительный инструктаж.
Пока я шел по коридорам, я с интересом осматривался и пришел к выводу, что чем дольше я находился в этом месте, тем больше мне здесь нравилось. Во всем ощущалась обстоятельность и солидность. Чувствовалось, что в этом заведении не учат географии и прочим наукам подобного рода. Здесь обучают совсем другому — как убивать нечисть и оставаться в живых самому.
Наконец я подошел к нужной мне двери, над которой висел патриотический плакат: «Носить мундир Мироходца — это высшая честь для истинного дворянина!». Интересно, агитация для сомневающихся предназначается или в империи не все гладко с набором новобранцев? Что-то мне подсказывало, скорее всего второе.
Я толкнул дверь и вошел в кабинет. Внутри стояла пара массивных столов, за которыми сидели два человека в форме.
