– Ну, может, им надоело воевать? Поняли, что бесполезно – и смирились.
– Вот это я и пытаюсь выяснить. А ты мне должна помочь. Услуга за услугу.
Я потянула тетрадь к себе. Рука Айзена соскользнула с нее и накрыла мои пальцы.
Реакция была вполне ожидаемой: от этого прикосновения меня бросило в жар. Принц тоже вздрогнул.
На секунду наши взгляды пересеклись.
– Ты что-то чувствуешь?
Наши слова прозвучали одновременно.
Я замерла, потрясенно глядя на руку Айзена, которая задержалась поверх моей кисти. Теплая рука, тяжелая, будоражащая воображение.
Я первой дернулась и отступила. Рука принца повисла в воздухе. Он сжал кулаки и спрятал их за спину. А я сделала вид, что занята утрамбовыванием тетради в сумку.
– Ладно, – голос Айзена прозвучал неестественно сипло. – Приятного чтения.
Затем принц застегнул воротник. Передо мной вновь возник Яррениль. Не оглядываясь и ни слова не говоря, он покинул чулан.
Защитная сфера тоже исчезла.
Только я осталась стоять, прижимая сумку к груди, будто щит.
Из всего, что сегодня случилось, я поняла две вещи.
Первое: Айзен мне нравится больше, чем я готова признать. Второе: запрещенная пудра принадлежала не Миркуле, а Фаселии. Похоже, наша тихоня-целительница продала ее из-под полы дерзкой боевичке. А может, та сама отобрала.
В памяти всплыло первое утро в Академии. Когда я зашла в общую ванную и столкнулась там с Фаселией. Она вела себя так, будто спешила скрыться из виду. Быстро поздоровалась и с испуганным видом исчезла за дверью. Но тогда я решила, что ее просто Миркула обидела. А теперь все встало на свои места.
Ну Фаселия! Ну тихоня!
Я сжала кулаки, стискивая в них ремень сумки. А сама быстрее зашагала к жилому корпусу.
И ведь ничего не докажешь. Коробочка осталась у Эльзы.
Но как она узнала про пудру? Я ведь все следы убрала!
Или это Миркула все рассказала Эльзе.
С того неудачного знакомства в ванной мы с Миркулой почти не общались. Она держалась в стороне от нашей компании, да и от всех других тоже. И всегда задирала нос.
Поговаривали, что она так себя ведет, потому что внебрачная дочь какого-то герцога. Аристократы ее не приняли, а с простолюдинами она сама не желала знаться. Вот и ходила одна, гордая и независимая.
Впрочем, я тоже не спешила с ней сближаться. Было в Миркуле что-то… неприятное.
Выбросив из головы все, что связано с Эльзой и пудрой, я вошла в свою комнату. Арики не было. Значит, вся компания еще на полигоне. Отлично.
Сев к столу, я достала тетрадь из сумки и начала читать.