Но теперь мне пришлось убить осознанно, своими руками отнять чью-то жизнь. Да, у моих ног сейчас лежит окровавленное тело отпетого негодяя, но остатки цивилизованности из прошлого мира всё еще давали о себе знать. К тому же, меня гложили сомнения религиозного характера. Все религии в унисон твердили о том, что убивать это грех. И хоть в королевстве, как н и странно, роль религии была довольно ослаблена, как я предполагаю, из-за косвенной связи с преданным анафеме братством, но базовые заповеди типа «не убей», «не укради» и так далее, котировались и здесь. Надо будет поговорить по этому поводу с отцом Йорваном.
Поставив себе на памяти зарубку, в дальнейшей битве я старался лишь обездвиживать врагов и прикрывать друзей.
То тут, то там, из-за наших спин свистели стрелы, вонзаясь в тела разорителей. Видимо наши эльфийские союзники решили не ограничиваться лишь помощью в поисках логова и, по своему обыкновению, прикрывали сражающихся воинов на расстоянии.
Я же начал всё больше ощущать напряжение. Всё чаще мне приходилось в последнюю секунду выставлять щиты перед союзниками и уворачиваться от ударов в мою сторону. Нас просто зажимали в кольцо, а подмоги всё не было. Черт! Что-то пошло не по плану?
Как только я уже хотел начать паниковать, а разорители злобно ухмыляться, беря нас в кольцо, послышался боевой клич: «За князя!»
Наконец-то! Подошло подкрепление! Разорители, зажатые в тиски с двух сторон, запаниковали, понимая, что чаша весов сместилась не в их сторону. Количество сил было примерно равно, но разбойничье отребье было не чета обученным, хорошо экипированным, а главное мотивированным рыцарям.
Понимая, что в плену их ждет незавидная судьба, разорители сражались лишь яростнее. Тех, кто пытался бежать настигали меткие эльфийские стрелы. Рейнджеры, здраво рассудив, что прикрытие нам уже не столь необходимо, принялись за отлов беглецов. И почему я сам об этом не подумал? По сути, весь наш план был составлен эльфами, а нам оставалось лишь прямолинейно всех перебить и взять побольше свидетелей живьем.
Воодушевленные прибытием товарищей, бойцы первого отряда пошли в упрямую атаку, вклиниваясь в паникующую массу бандитов, поджимаемую с другой стороны.
Рыцари действовали слаженно и профессионально настолько, что я даже почувствовал себя лишним на этом празднике смерти. Не было никакого фехтования или изысканных пируэтов, показываемых в исторических фильмах. Была лишь жесткая рубка одоспешенных воинов против неорганизованной группы крестьян. Умело принимая удары на щиты, рыцари моментально контратаковали, и при отсутствии у противника щита, как правило, эта контратака имела фатальные последствия.