Я потратил три часа и даже не заметил хода времени — настолько весь процесс требовал концентрации.
Это было сродни созданию рун, только в замедленном режиме и с учётом качества стали. Оно действительно было плохим — сейчас я это смог оценить, потому что там, где можно было с лёгкостью прочертить линию, приходилось зигзагами опоясывать места разломов, минуя опасные участки.
Елисей вначале мне помогал, комментировал, но потом насупился и молчал, стараясь не сбивать меня. Он единственный, кто из всех выдержал вместе со мной это испытание. Остальные давно покинули помещение под угрозы матёрого зачарователя, дабы не мешать творческому процессу.
Иногда мастер тряпочкой вытирал пот мне со лба и протягивал кружку с водой, за что я ему был безмерно благодарен. Обезвоживание действительно ужасное. Я израсходовал все резервы своего организма: как физические, так и магические.
— Получилось? — я выдохнул, выронив из дрожащих рук фокусировочный камень на пол, и упал на любезно подставленный стул.
Вещица, как и в случае с мастером, засветилась, но уже светло-оранжевым светом, испуская пламя на короткую дистанцию, а потом с лёгким звоном упала на плиту остывая. Елисей взял нож щипцами и продемонстрировал всем. От поделки шёл пар.
— Ну, сколько там? — не смог сдержаться Гришка.
— Один процентиль, — сказав это, Камнезор так выпятил грудь вперёд, что мне показалось, он издевается.
«Всего один? За вот это вот всё?»
Я был готов тут же броситься делать следующий, чтобы смыть с себя этот позор, но мастер остановил все возражения выставленной вперёд рукой.
— Вы что, недоумки, не понимаете? — он гневно переводил взгляд с Семёна на Григория. — Это же шедевр! У него талант, вы только посмотрите — эта вещь выдержит любую проверку временем. Такой чёткой структуры я давно не видел, ты точно нигде раньше не учился зачарованию?
— Нет, — я помотал головой.
— Во-первых, как я уже говорил, подмастерье в среднем делает артефакт с сотой попытки, а тут сразу и без подготовки! — выставил он указательный палец вверх. — Во-вторых, кристаллическая структура! Артём построил шикарный узор. Это как… — он призадумался, — как говном нарисовать гениальное полотно, во!
— Да, но как продать потом это говно? Что мне говорить покупателям? — возразил алхимик.
— Погоди ты, Гришь, у него дар, я же говорю… Надо развивать…
— Так что говорить-то⁈
— Бл…! — выругался матом зачарователь и высказал всё, что думает обо всех коммерсантах, гоняющихся только за деньгами, но потом успокоился и в конце добавил. — Говори, что срок службы в три раза дольше любой поделки в Громовце.
— А вот с этим можно работать. Я возьму? — он протянул руку к ножу и, быстренько осмотрев его, спрятал за пояс по соседству с пятипроцентным.