Наступают темные времена для Инглии, когда Король болен, а на севере поднимается восстание варваров Бетод. В то же время на юге угрожает древний враг Союза – империя гурков. Опасное путешествие Первого Мага Байяза и других героев связано с раскрытием Первого Закона Магии и судьбой Союза.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Первый закон» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Наступают темные времена для Инглии, когда Король болен, а на севере поднимается восстание варваров Бетод. В то же время на юге угрожает древний враг Союза – империя гурков. Опасное путешествие Первого Мага Байяза и других героев связано с раскрытием Первого Закона Магии и судьбой Союза.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Джо Аберкромби Легкое чтение Фантастика Фэнтези подборки серии
Наступают темные времена для Инглии, когда Король болен, а на севере поднимается восстание варваров Бетод. В то же время на юге угрожает древний враг Союза – империя гурков. Опасное путешествие Первого Мага Байяза и других героев связано с раскрытием Первого Закона Магии и судьбой Союза.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Жара подавляла, зловоние внушало омерзение. Глокте вспомнилась другая камера – еще дальше к югу отсюда, в Шаффе. Глубоко под императорским дворцом.
«Камера, где я два года задыхался в собственных нечистотах, скулил в темноту и царапал стены ногтями».
Его глаз задергался, и Глокта заботливо потер его указательным пальцем.
Один из узников лежал лицом к стене, вытянувшись, его кожа была черной от кровоподтеков, обе ноги сломаны. Другой свисал с потолка, привязанный за запястья – колени едва касаются пола, голова бессильно свесилась, спина исхлестана до сырого мяса. Витари наклонилась над первым и потыкала его пальцем.
– Мертв, – констатировала она. Потом подошла ко второму. – Этот тоже. Умерли довольно давно.
Колеблющийся свет упал на третьего узника – точнее, узницу. Она была еще жива.
Руки и ноги скованы цепями, лицо осунулось от голода, губы потрескались от жажды; она прижимала к себе какие-то грязные окровавленные тряпки. Ее пятки скребли по полу, когда она попыталась забиться еще дальше в угол, слабо лопоча что-то по-кантийски и заслоняясь рукой от света.
«Это я помню. Единственное, что еще хуже темноты, это когда появляется свет. Свет всегда означает допрос».
Глокта нахмурился и перевел взгляд своих судорожно подергивавшихся глаз с двух изувеченных трупов на съежившуюся в углу девочку. Голова кружилась от напряжения, жары и вони.
– Ну что же, здесь очень уютно. И что они вам сказали?
Харкер прикрыл ладонью нос и рот и неохотно вступил в камеру. За его плечом маячила огромная фигура Инея.
– Пока ничего, но я…
– От этих двоих вы уже ничего не добьетесь, это точно. Надеюсь, они подписали признание?
– Э-э… не совсем. Наставник Давуст не особенно интересовался признаниями коричневых. Мы просто, вы понимаете…
– И вы не смогли позаботиться даже о том, чтобы они оставались живы, пока не признаются?
Харкер сердито насупился.
«Как ребенок, несправедливо наказанный школьным учителем».
– У нас осталась девчонка, – резко ответил он.
Глокта посмотрел на нее сверху вниз, посасывая языком то место, где у него когда-то были передние зубы.
«Ни метода. Ни цели. Жестокость ради жестокости. Наверное, меня бы стошнило, если бы я сегодня что-нибудь ел».
– Наверное, около четырнадцати, наставник, но я не понимаю, какое это имеет значение.
– Значение, инквизитор Харкер, такое, что четырнадцатилетние девчонки редко устраивают заговоры.
– Я полагал, что лучше подойти к делу досконально.
– Досконально? Вы хотя бы задали им какие-либо вопросы?
Трость Глокты хлестнула Харкера по лицу. Резкое движение отозвалось острой болью в боку, хромая нога подвернулась, и Глокта был вынужден ухватиться за руку Инея, чтобы не упасть. Инквизитор взвыл от боли и неожиданности, врезался в стену и сполз на загаженный пол.
