Длинноногий больше не заговаривал с ней о своих дурацких странствиях, однако другие по-прежнему молча страдали.
Возле огня оставалось свободное место, но она не хотела туда садиться. Ей больше нравилось сидеть выше всех, в траве на краю ямы, скрестив ноги. Здесь, на ветру, было холодно, и Ферро поплотнее запахнула одеяло на своих дрожащих плечах. Странная и пугающая вещь этот холод. Она ненавидела его.
Однако лучше холод, чем общество.
Так она сидела отдельно от всех, замкнутая и молчаливая, глядя, как свет понемногу утекает с хмурого неба и на землю наползает темнота. Теперь на далеком горизонте оставалось лишь еле заметное сияние, последний слабый отсвет по краям клубящихся облаков.
Здоровенный розовый поднялся с места и посмотрел на нее.
– Темнеет, – сказал он.
– Вечно вот так бывает, когда заходит солнце?
Он поскреб свою толстую шею.
– Надо выставить сторожей. Ночью здесь может быть опасно. Будем дежурить по очереди. Первым пойду я, потом Луфар…
– Я покараулю, – буркнула она.
– Не беспокойся, пока можешь поспать. Я разбужу тебя позже.
Он уставился на Ферро.
– Может быть, это объясняет ее настроение, – пробормотал Длинноногий.
Он, несомненно, предполагал, что говорит тихо, однако Ферро его услышала.
– Мое настроение тебя не касается, глупец!
Навигатор ничего не ответил, завернулся в одеяло и растянулся возле костра.
– Ты хочешь идти первой? – спросил Девятипалый. – Ладно, как знаешь, только разбуди меня через пару часов. Будем дежурить по очереди.
Медленно, беззвучно, сморщившись от старания не шуметь, Ферро выбралась из повозки. Сушеное мясо. Сухари. Фляга с водой. Хватит на много дней ходьбы. Она засунула все это в холщовый мешок.
Один из коней фыркнул и рванулся в сторону, когда Ферро скользнула мимо, и она наградила животное сердитым взглядом. Она могла бы поехать верхом. Она неплохо держалась в седле, но не хотела связываться с лошадьми. Глупые здоровенные зверюги, к тому же они воняют. Конечно, скачут они быстро, но им нужно слишком много пищи и воды. Их можно увидеть и услышать за много миль, они оставляют после себя громадные следы, которые легко заметить. Стоит связаться с лошадью, и ты не сможешь бежать, когда это понадобится.
Ферро давно научилась не полагаться ни на кого и ни на что, кроме самой себя.
Она повесила мешок на одно плечо, колчан со стрелами и лук – на другое. В последний раз бросила взгляд на силуэты спящих спутников мага: темные холмики рядом с костром. Луфар закутался в одеяло до самого подбородка, его гладкое лицо с полными губами освещали тлеющие угли. Байяз расположился спиной к Ферро, но она различала тусклый отблеск его лысины, темную изнанку одного уха, слышала размеренный ритм дыхания.