– Мне кажется, он не сможет ответить на наши вопросы, – сказал Секутор.
– Да уж. – Глокта обвел глазами разгромленную комнату. – Он, скорее всего, уже мертв. Но как это случилось?
Иней остановил на нем взгляд розовых глаз, приподнял белесую бровь и произнес:
Секутор взорвался пронзительным хохотом из-под своей маски. Даже Глокта позволил себе хихикнуть.
– Очевидно. Но как наш яд проник внутрь?
– Офкрыфое окно, – пробурчал Иней, показывая на пол.
Глокта проковылял в комнату, старательно обходя липкую мешанину крови и перьев.
– Итак, наш яд увидел, что горит лампа, как увидели и мы. Он влез в окно на нижнем этаже. Затем тихо поднялся по лестнице.
Глокта перевернул концом трости руки трупа.
«Несколько капель крови из шеи, но никаких повреждений на костяшках или кончиках пальцев. Он не сопротивлялся. Его застали врасплох».
Вытянув голову, Глокта наклонился вперед и всмотрелся в зияющую рану.
– Один мощный удар. Скорее всего, ножом…
– И Виллем дан Робб получил пробоину и дал течь, – подхватил Секутор.
– А у нас стало одним информатором меньше, – задумчиво продолжил Глокта.
В коридоре крови не было.
«Наш убийца постарался не промочить ноги, он весьма аккуратно обыскивал комнату, какой бы разгромленной она ни казалась. Он не был разгневан или испуган. Он просто работал».
– Работал профессионал, – пробормотал Глокта. – Он пришел сюда, чтобы убить. Покончив с делом, попытался инсценировать кражу со взломом. Не так ли? Но труп вряд ли удовлетворит архилектора. – Он взглянул на практиков. – Кто у нас следующий в списке?
На этот раз без сопротивления явно не обошлось.
«По крайней мере, с одной стороны».
Солимо Сканди лежал на боку лицом к стене, словно стыдился своей изрезанной и разодранной ночной рубашки. Его предплечья были покрыты глубокими порезами.
«Он безуспешно пытался защититься от клинка».
Он прополз через всю комнату, оставляя кровавый след на глянцевом отполированном деревянном полу.
«И безуспешно пытался выбраться отсюда».
Не удалось ни то ни другое. Четыре зияющие ножевые раны в спине остановили Сканди.
Глядя на окровавленное тело, Глокта почувствовал, как у него подергивается щека.
«Один труп мог быть совпадением. Два трупа – это уже заговор».
«Тот, кто это сделал, знал, что мы придем. Он знал, когда мы придем и за кем. Он на шаг опережает нас. Вполне вероятно, что наш список сообщников к этому времени превратился в список трупов».
Сзади что-то скрипнуло, и голова Глокты дернулась в ту сторону, вызвав резкую боль в онемевшей шее. Никого нет, просто открытая оконная рама колышется на сквозняке.
«Ну-ну, успокойся. Успокойся и подумай как следует».
– Похоже, что высокочтимая гильдия торговцев шелком решила сделать у себя небольшую уборку.