О чём книга «Первый»
Похищена дочь президента. Майору Богданову доверяют опасную миссию по её спасению. Но план рушится, когда он влюбляется в женщину, которую должен привести живой. Долг или любовь? Выбор, который может стоить ему всего.

Автор
Похищена дочь президента. Майору Богданову доверяют опасную миссию по её спасению. Но план рушится, когда он влюбляется в женщину, которую должен привести живой. Долг или любовь? Выбор, который может стоить ему всего.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Первый» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Похищена дочь президента. Майору Богданову доверяют опасную миссию по её спасению. Но план рушится, когда он влюбляется в женщину, которую должен привести живой. Долг или любовь? Выбор, который может стоить ему всего.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Юлия Резник Легкое чтение Любовные романы Короткие любовные романы подборки серии
Похищена дочь президента. Майору Богданову доверяют опасную миссию по её спасению. Но план рушится, когда он влюбляется в женщину, которую должен привести живой. Долг или любовь? Выбор, который может стоить ему всего.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Неужели он не понимает, что рискует безопасностью собственной дочки?
Князев равнодушно придвинул к себе бумаги и, не отрываясь от просмотра документов, заметил:
– Ну, так обеспечь ее девочке. Слышал, у тебя свой интерес.
Если бы умел – Демьян покраснел бы. Как будто ему снова десять, и он, впервые влюбившись в свою одноклассницу, нарвался на осуждение дворовых пацанов. Для которых любовь к девчонке – лишний повод позубоскалить.
– Своими силами?
– Да уж, конечно. Своих привлеки. Все равно без дела болтаются. Вообще не знаю, что с вами теперь делать, – непривычным, каким-то растерянным жестом Князев растер заросшую частой щетиной щеку."
"Демьян понимал, куда тот клонит. По большому счету их группу нужно было списывать в утиль, после последнего провала. А его самого, скорее всего, и Ярослава под трибунал отдавать. Это если по-хорошему. Другое дело, что из-за специфики работы никаких трибуналов у них не предусматривалось. Человек просто исчезал. Будто его и не было.
– С нами-то что? Решите. А вот с Кирилловым… Неужели ему все сойдет с рук?
Князев покусал дужку очков.
– Я так понимаю, у тебя есть план, как этого не допустить?
План у Демьяна был. И теперь он должен был поделиться им с Алиной. Потому что ей опять в его планах была отведена немаловажная роль. Богданов вынырнул из пучины воспоминаний. Растер все-таки бок и заметил сухо:
– Да, Третий сделал свое темное дело. Но не он это все организовал.
– А кто? Тебе это… известно?
– Да. Именно, чтобы узнать имя заказчика, я слил информацию о нашем передвижении. Хотел проверить свои догадки.
Мимо, гремя тележкой с какими-то инструментами, прошла молоденькая медсестричка. Залипла на Демьяне, потому что не часто, точнее, вообще никогда в их поликлинику не захаживали подобные образчики мужчин, и, споткнувшись, пошла дальше. Богданов проводил спину девицы взглядом и вздрогнул, когда совершенно неожиданно Аля со всей дури наступила ему на ногу.
– Ты что? – удивился он.
– Это тебе за то, что меня использовал.
– А… – он понимающе качнул головой, растер ладонью шею. – Все думал, когда тебя прорвет. И как это будет, – усмехнулся. – Извини, что втянул тебя. Иначе не мог.
– За то, что втянул? – Аля открыла рот, удивленная тем, что он и впрямь не понимает. И самим этим разговором, совсем не таким, как она ждала. – Думаешь, я злюсь из-за этого?
– Нет?
– Нет, конечно!
– А на что же тогда?
– На то, что ты меня обманул!
– Я тебя еще и использовал. В качестве приманки, – будто добивая ее, или желая проверить, разжевал майор.
– Да. Но гораздо важнее то, что ты не сказал мне правды, – стояла на своем Аля, которой вообще хотелось прекратить этот разговор и, наконец, обсудить гораздо более важные вещи.