Автор
Рамиль нарушает скоростной режим и боится разговоров отца о правиле дорожного движения. Его сердце колотится так сильно, что кажется, готов выпрыгнуть из машины. Кровь кипит в ушах при мысли о последствиях, когда он наконец-то выедет на проселочную дорогу, где его ждет запрещенный парковка "горшка"....
И буду окучивать Тарантину. Раз-два поломается, да даст через пару дней. Ко мне даже тараканы общажные привыкнуть не успеют.
– Спорим, что она тебе и через неделю даже поцеловать себя не даст, – вытянул я правую руку для заключения пари.
Я свой поцелуй от Августины не получил даже спустя три недели и вряд ли получу еще ближайшие три.
– Спорим, – сразу согласился Влад, быстро пожав мою руку. – Алик, разбей. Если я выиграю, то ты возвращаешься в свою хату и забираешь у бати машину.
– А если ты проиграешь, то отказываешься от своей машины и хаты до конца универа.
Влад жестко завис. Такого наказания для себя он, походу, не ожидал.
– Ладно, – кивнул он, наконец, решительно. – Только я выиграю. Через три дня пришлю тебе фотку с оседлавшей меня Тарантиной.
– Три дня? – хохотнул я с издевкой. – Прощайся с тачкой и квартирой, лошара.
– Посмотрим-посмотрим, – самоуверенно закивал Влад с ярким азартом в глазах.
– Тормози! Не проедешь! – крикнул я, завидев знакомую лужу.
– Моя тачка везде проедет, – выронил Влад и вдавил педаль газа в пол сильнее.
Проехав немного по луже, тачка увязла в грязи.
– Твою мать! – рыкнул Влад, ударив по рулю. – Давай!
Двигатель его тачки ревел и едва ли не визжал от того, с каким остервенением Влад жал на педаль, напрасно надеясь выскочить из этой западни.
– Не получится, – знающе сказал я. – Глуши, пока движок не убил, или пойдемте толкать.
– В грязь?! – перешел Алик на фальцет. – Ты угораешь? Там, блин, болото!
– Я же говорил, что не проедем, но кто меня слушал, – развел я руками, открыл дверь и вышел из машины с букетом в руке, не заморачиваясь о том, что под кроссовками чавкнула грязь.
Вскинул взгляд в темное вечернее небо и, выдохнув с облегчением, невольно улыбнулся, завидев первые яркие звезды. Вот чего мне не хватало в городе всё это время – неба, нетронутого высотками.
– Твою мать! Твою мать! – сокрушался тем временем Влад, которому грязь явно пришлась не по вкусу. Наверное, примерно так же выглядел и я, когда в этой же луже встала моя машина.
– Не ной! – осек я его. – Я недавно тоже встрял в этой луже и ни один из вас не пришёл, чтобы меня вытащить. У одного телки, у другого – батя. Вызывайте эвакуатор. Дальше я сам дойду. Или ждите, когда за вами трактор пригоню.
– Моя машинка! – хныкал Влад, наверное, целуя ее в капот.
