В книге "Пешка треф атакует", читатель погружается в драматическую историю индивидуума в мире безжалостно суровых законов природы. Каждый персонаж здесь является не просто фигурирующей ролью, но и мощным звеном в цепи событий, оставляя глубокий след на исторической эшафоте судьбы....
Мне и так-то было не по себе, но тут стало еще непосебее.
– А ты б на моем месте не разволновался? Кобель этот жену в дурку сдает, а сам во все тяжкие, с такими вот, – жена Руденко пренебрежительно кивнула головой в мою сторону. – Контракты подписывает.
– Да какие такие все тяжкие? – вставила я. – Я вашего мужа и видела-то всего три раза.
– Ну, да! Три раза видела и всё танцульки какие-то. Зато я вот его почти каждый день вижу, только он со мной почему-то танцы не растанцовывает, да по ресторанам не водит, – проворчала жена Руденко.
– Логично, – согласился Ковальчук. – А почему он вас в дурку сдает? Выпиваете? Или так просто чертей ловите? – с безразличным видом поинтересовался он.
Жена Руденко явно насторожилась и подозрительно посмотрела на Ковальчука.
– А тебе-то что?
– Да, ничего собственно. Вы Петровскую-то убивать будете, или передумали? Может, просто ей морду набьёте, да я вас в отель отвезу? У нас тут в отеле неподалёку всегда бронь есть. Осмотрите достопримечательности и обратно в Одессу-маму.
– Убивать? – жена Руденко тяжело вздохнула и встала. – Да, ладно, пусть живёт. Пока. Сам же говоришь, муж бросил. Жалко. А вот морду ей набить, действительно, не помешало бы! Для профилактики. Хотя она, и правда, неказистая какая-то, не то что Фаина. Вот где главное зло. Трется там у него под боком. Но учти, Петровская, еще одна фотография и я тебя порежу на мелкие кусочки.
– Ну что? В отель? – Ковальчук вскочил и шаркнул ножкой.
– Хрена с два тебе! – Жена Руденко со всего размаха вдруг шваркнула Ковальчука сумкой по голове и проворно исчезла в коридоре.
"Ковальчук зашипел и схватился за голову, а я кинулась в коридор, где у нас стоял общественный холодильник. Хорошо, там нашёлся пакет с замороженными овощами. Я приложила этот пакет к морде Ковальчука, но, несмотря на это, фингал под глазом моего начальника-подчиненного вырос просто моментально. Честно говоря, меня при этом не покидало некоторое злорадное удовлетворение. Уж лахудру-то неказистую и моль бесцветную я и лучшей подруге не прощу.
– Звоните Руденко, срочно, – прохрипел Ковальчук. – Она действительно ненормальная. Несчастный мужик.
Я набрала Фаину и попросила срочно-срочно соединить меня с Руденко.
– Сергей Сергеевич! – запричитала я, когда услышала голос Руденко. – Это Катя Петровская. Тут у нас такое дело. Жена ваша ко мне приходила.
– Как приходила? – похоже было, что Руденко не на шутку встревожился. – Она же дома сейчас.
