Мы с Василием столько раз в переплётах бывали…
Крупный, коротко стриженный мужчина одним махом проглотил полстакана водки и вяло занюхал хлебом.
— В Штатах, когда приговор по Бейцову исполняли… Он, сволочь, новейший истребитель угнал и припрятался там на военно-морской базе. Пэгэушники его достать не могли, у подразделения «Л» Второго главка — осечка за осечкой… А Политбюро ждёт и сам Генеральный интересуется… Ну, нас и направили…
Мужчина ещё плеснул по стаканам бесцветной сорокаградусной жидкости. У него было малоподвижное лицо и медленные движения, но двое сотрапезников, похожие на него, как близнецы, знали, что Карл умеет двигаться очень быстро, как, впрочем, и каждый из них.
— Помянем ещё раз Василия Вертуховского. — Карл поднял стакан, и все трое, не чокаясь, выпили.
— Ты закусывай! Голубовский сейчас совещание проводит, всё начальство здесь, — сказал Орлов. — Ещё попадёшься кому-нибудь на глаза…
Карл не обратил на эти слова никакого внимания. Вытерев рот тыльной стороной тяжёлой ладони, он продолжал говорить больше для себя, медленно и невыразительно:
— Дело сделали, а уйти не можем: оцеплено всё, тут и полиция, и ФБР, и контрразведка… Попрощались, пообещали, кто уцелеет, семьям помогать…
— И как вылезли? — поинтересовался Орлов. О проведённых операциях сотрудники подотдела физических воздействий в обычном состоянии никогда не разговаривали.
— В титановой цистерне с окислителем ракетного топлива…
— Как так? Этот окислитель бетон проедает. Разольют при заправке, а через час в плите углубление будто выкрошили ломами…
— Мы часового нейтрализовали и со склада скафандры взяли, в которых реакторы осматривают. Они двадцать минут продержались, а когда потом снимать стали — кусками разлезлись.
Карл ударил кулаком по столу.
— Тогда уцелел, а сейчас эта сука его, как свинью, заколола! Вы как хотите, а я пойду!
— Несанкционированное воздействие считается преступлением, — как можно мягче напомнил Орлов.
Щека Карла дёрнулась.
— А мы большие законники, правда? Можно сказать, святые…
— Честно говоря, мне приходилось нарушать законы, — грубым голосом сказал третий сидящий за столом человек. — И многих государств, могу признаться…
Он пристукнул стаканом по полированной столешнице.
— Но наши инструкции и приказы — чёрта с два! Тут я действительно святой.
— Чёрт с вами, — без обиды отозвался Карл.
Допив литровую бутылку, они распрощались.
Карл проводил взглядом идущих к выходу из базового корпуса коллег, а сам направился в зал экипировки.
