Памплона, Испания, 1976. "Если план провалится, мы все умрем". Сотрудники спецслужб оценивают риск каждого шага, когда внезапно появляется чужак в форме бандита. Здесь закрашиваются личности и складываются загадки, где лишь смелость и отчаянье могут выжить.
Меган вновь потянула капитана за руку.
– Отпустите меня.
– Вы не можете уйти. Что мне делать?
– Возвращайтесь к детям и оставайтесь с ними, пока мы не уведомим полицию о вашем местонахождении. За вами пришлют «скорую помощь».
– Но…
– Немедленно вернитесь в замок, сеньора. Сержант, – окликнул кого-то капитан, – мы уходим отсюда.
Меган закрыла дверь и в изнеможении прижалась к ней спиной. Хайме ошеломленно смотрел на нее.
– Господи, это было потрясающе! Где ты научилась так искусно лгать?
Вздохнув, Меган посмотрела на него:
– Когда жила в приюте, мне пришлось многому учиться, чтобы себя защищать.
– Жаль, что я не видел выражения лица капитана. – Хайме расхохотался. – Брюшной тиф! Подумать только! Господи Иисусе! – Поймав на себе взгляд Меган, он извинился: – Прости, сестра.
Беглецы слышали, как на улице солдаты срочным порядком сворачивают палатки и трогаются с места.
– Вскоре здесь будет полиция, – сказал Хайме, когда они ушли. – Но в любом случае нас ждут в Логроньо, так что можем отправляться.
– Без проблем, – улыбнулся тот.
Не прошло и часа, а они уже направлялись на восток на видавшем виды сером седане. К удивлению Меган, ее усадили рядом с Хайме, а Ампаро и Феликс расположились на заднем сиденье.
– Тиф, – повторил Хайме, разражаясь смехом.
Меган улыбнулась в ответ:
– Ему ужасно хотелось поскорее унести ноги.
– Ты говорила, что жила в приюте, сестра?
– Да.
– Где именно?
– В Авиле.
– Но на испанку ты не похожа.
– Так мне говорили многие.
– Наверное, жизнь в приюте была настоящим адом.
Меган удивило его неожиданное проявление сочувствия.
– Могла бы быть, но не была. – «Я этого не допустила».
– Знаешь что-нибудь о своих родителях?"
"Меган вспомнились детские фантазии. «Мой отец был храбрым англичанином, водил «скорую помощь» во время гражданской войны в Испании, оказывал помощь лоялистам. Мою мать убили, поэтому меня и оставили на пороге дома фермеров».
Меган пожала плечами.
«Мой отец, иноземный принц, закрутил роман с красивой дочкой крестьянина, но, чтобы избежать скандала, бросил меня».
Хайме молча смотрел на нее и ждал.
– Я… – Она осеклась. – Я не знаю ничего о своих родителях.
Некоторое время они ехали в молчании.
– Как долго ты жила в монастыре?
– Около тринадцати лет.
– О господи! – воскликнул Хайме, пораженный, а потом поспешно добавил: – Прошу прощения, сестра.
